Правильный лекарь. Том 9

— Я вот думаю даже с завтрашнего дня Оксану Фёдоровну посадить на обычный приём, а всю диагностику оставить на Анну Семёновну. Она с таким потоком справится, что всем мало не покажется.

— А может не надо? — спросил Илья, жалобно сложив брови домиком.

— Чего не надо? — удивился я.

— Так много пациентов, — жалобно проблеял Юдин. — Меня и сейчас всё устраивает. Если их придёт больше, я отсюда живым не уйду.

— Никто не уйдёт, — хмыкнул Сальников.

— Да ну, ребят, вы не так поняли, — рассмеялся я и махнул рукой. — Никто вас сверх меры нагружать не будет. А Анна Семёновна будет смотреть не только сосудистых пациентов, но и онкологических для контроля лечения и выявления мелких очагов, которые не удалось найти обычным сканированием. Правильно ведь я говорю? — спросил я, обернувшись к девушке.

— Всё правильно, Александр Петрович, — кивнула она и улыбнулась. — А у меня, кстати, вот что есть.

Она откуда-то из-за дивана достала коробку и извлекла оттуда красивый тортик.

— Вот, угощайтесь! — объявила она. — За моё трудоустройство на новом месте.

Я повернулся к Юдину и смерил его взглядом.

— А что сразу я? — возмутился Илья и развёл руками. — Я в этот раз точно ничего не говорил.

— Это я сказала, — тут же вступилась Оксана Фёдоровна. — Ну у вас ведь традиция, так ведь?

— Всё правильно, традиция, — вмешался Виктор Сергеевич и взял в руки большой нож. — Вот сейчас и отметим обновление коллектива.

Мы попили чай с тортиком, поболтали, посмеялись и пошли разбредаться по рабочим местам. Жеребин вернулся в манипуляционную, заниматься коронарными артериями, а я решил воспользоваться тем, что до лекции осталась ещё четверть часа и отправился к себе в кабинет. Думал посидеть в тишине хоть немного, но мои планы оказались испорчены.

— Александр Петрович, — сказала Прасковья, как только я ступил через порог, заставив меня своей интонацией немного напрячься. — Тут к вам посетитель с жалобой.

Зашибись, приехали, с жалобой! От чего ушли, к тому и пришли. В кресле для посетителей сидел мужчина средних лет в напряжённой позе и с выражением возмущения на лице. Прям-таки хабитус профессионального жалобщика.

— Проходите, — сказал я ему без лишних прелюдий и указал на дверь своего кабинета, которую как раз только что открыл.

Мужчина дёргаными движениями поднялся с кресла и потопал в указанном направлении, каждой клеточкой своего тела показывая, насколько он возмущён всем этим безобразием. Я сел за стол в своё кресло и предложил ему сесть в кресло для посетителей. Он присел на самый краешек, демонстрируя напряжение всех мышц, в том числе тазового дна и среднего уха."

"— Поведайте мне, если вам не трудно, что у вас произошло, — сказал я, приготовившись к словесному потоку. И я не ошибся, поток незамедлительно последовал.