По моим правилам

Смотрю на Настю и спрашиваю:

- Ну, и как ты вообще додумалась тут поселиться?

Она даже в сидении Ренжа тонет. Она такая малявка, а может, и правда, это я здоровый? Пока она была в душе, я рассматривал её кед. У неё размер ноги тридцать шесть…у моей матери тридцать восемь, и у Анюты тоже. Анюту я в жизни в кедах не видел. И таких маленьких ножек, как у Насти тоже. Как-то так вышло, что все мои тёлки были от метра семидесяти.

- А где я должна была поселиться? – спрашивает она, глядя в окно. – В центре города?

- Я не знаю, Настя, - отвечаю честно. – Но ты вообще головой думала, или жопой? По-твоему, – это безопасно, жить здесь одной с детьми?

- Приемлемо, - сообщает она.

- А, по-моему, это долбо*бизм, - делюсь своим мнением. – Сегодня оставлю с вами свою охрану, а завтра найдём нормальный дом в городе.

- Кажется, мы уже это обсудили, - цедит она, поворачиваясь ко мне.

О, да…

Обсудили.

Это было пи*ц, какое конструктивное обсуждение. Мы собственно с тех пор и не разговариваем. То есть уже минут сорок в общей сложности.

Если бы вам мужик предложил дом в Ялте с оплатой вперёд на полгода, вы бы что сказали? Иди на х*й? А вот Настя Голубева так и сказал. Нет, конечно, она выразилась более цивилизованно, ведь следующая прямая линия у меня не скоро, а предупреждение насчёт цензуры в мой адрес всё ещё действует.

Споры с ней настолько выводят меня из себя, что я не могу здраво соображать. Её точка зрения на любой предмет настолько отличается от моей, что я просто НЕ ПОНИМАЮ её доводов.

Она совершенно другая. Не такая, как Анюта, не такая, как Наташа - женщина на которой я чуть не женился в прошлом. Наташа была потомственной Москвичкой, как и я. Как и Анюта. Постороннему человеку этого не понять. Мы мыслим одинаково. Мы меркантильны и расчетливы, как минимум.

По сравнению с моими женщинами - Настя, настоящая дикарка. Невоспитанная совершенно. Но умная и наглая. Думаю, столкнись с ней в дикой природе та же Анюта, Настя бы её по стенке размазала. Словесно, я имею в виду.

Ууууух. Это в ней меня тоже заводит. Я ведь ещё не совсем отошёл от фортеля с прямой линией. И сколько ещё в Насте сюрпризов?

Очевидно, она ни от кого не зависит, поэтому привыкла всех слать лесом. Но, со мной этот фокус не пройдёт.

Будет, всё равно, по-моему.

Потому что я прав, а она нет.

- Я тебя услышал, - говорю ей. – А ты меня?

- И я тебя…

- Нет, ты меня не слушала. Ты как баран упёрлась.

- Не правда! – возмущается она.

- Правда, - стою на своём.

Торможу, не доезжая до дома, чтоб не волновать детей. Она тут же отстёгивается и выпрыгивает из машины, процедив «пока».

У меня из груди чуть ли не рык вырывается. Я её разве отпускал?

Выхожу следом и догоняю Беглянку в два прыжка. Снимаю её с крыльца, обхватив поперёк талии.

- Обалдел! – шипит она, болтая ногами в воздухе.