Правила счастливой свадьбы

Они были взяты из ее набора…

– Вот ведь странность: чтобы подозрение пало на невинного человека, пришлось убивать четверых невиновных… Что же за чудовище? И в таком возрасте…

– Василиса Ивановна, а вернее Василиса Федоровна, вовсе не чудовище, – ответил Пушкин и посмотрел на признательные показания, лежавшие на его столе. – Она умная, рациональная, волевая и, как ни странно, честная барышня. Вся в породу отца. Действовала не ради своей выгоды, а чтобы сохранить фирму и отомстить за смерть Федора Козьмича. И в чем-то была права: как только завещание вошло в силу, Авива Капитоновна вышла бы замуж за графа, фирма тут же была бы продана. Чего Василиса допустить не могла. Действовала как настоящая Бабанова. Добиваясь своего, не считаясь с жертвами…

– А что же ей было надо?

– Немного: чтобы полиция арестовала мадам Бабанову, начала расследование смерти Федора Козьмича, провела эксгумацию его тела, нашла отравление, и тут судьба Авивы Капитоновны была бы решена. Главное: полиция должна была найти на столе Федора Козьмича прошение о признании сына Матроны Капустиной его законным наследником… Очень умное решение. При обыске в кабинете находят прошение на высочайшее имя, не смеют положить под сукно и передают в канцелярию генерал-губернатора. Заметьте: передает не Курдюмов, не мадам Капустина, а полиция. Никаких сомнений и проверки подлинности. Великий князь лично знал Бабанова, награждал его и, конечно, не отказал бы в последней просьбе. Маленький Николай становится самым богатым ребенком Москвы, получив состояние Бабановых по законному завещанию. А его мать и ее новый муж – опекунами наследника. То есть полными владельцами дела. В это время Авива Капитоновна отправится на каторгу за убийство мужа и невест, которых не совершала. Полагаю, Дмитрий Козьмич недолго оставался бы вечным директором…

Василий Яковлевич выпустил воздух, будто вел тяжкий рассказ.

– Если не Авива убила мужа, кто же тогда?

– Надо начать издалека, – ответил Пушкин. – Порочная страсть Федора Козьмича в конечном итоге привела к кровосмешению. Сын от Матроны Капустиной приходился ему и внуком. Об этом Бабанов, вероятно, узнал от Капустиной, которая не могла стерпеть такое. При всем хищном и развратном характере он был неплохой человек: платил женщинам, от которых у него рождались только девочки. И вообще всегда платил. В этот раз деньгами было не откупиться. Бабанов решил переписать завещание и отдать себя на суд Божий. То есть насыпать в настойку аконитин и выпить. Если Господь простит ему грех, останется жив. А если нет, то брат Дмитрий найдет новое завещание. Доверять такую тайну он не мог даже нотариусу. В старое завещание Федор Козьмич вписал условие о задержке на два месяца или до приезда Дмитрия.