Правила счастливой свадьбы

Первым делом она вынула конверт, осмотрела со всех сторон и даже понюхала. Бумага пахла бумагой. Разорвав клапан, Агата вынула сложенную записку. Написано идеальным почерком чиновника:

«Баронесса! Вероятно, вы желаете узнать некоторые тайны, к которым оказались сопричастны. Готовы раскрыть их для вас, если дадите слово не сообщать в полицию. Около девяти вечера за вами будет прислан экипаж. Ждем вас там, где все началось. Обещаем гостеприимство. Отказ не принимается. Клуб веселых холостяков».

Маятник, который висел в номере, показывал четверть седьмого. Успеет везде.

– Нет, мадам Бабанова, в вашу ловушку я не попадусь, – прошептала Агата.

* * *Гнев Преображенского вздымался волной. Прочитанный лист швырял с возраставшим возмущением, будто узнавал о себе нечто такое, что тщательно скрывал. Наконец, последняя страница врачебных заключений упала на неровную кучку из предыдущих.

– Поверите, Алексей Сергеевич, сколько живу, не перестаю удивляться глупости людей, которые смеют называться опытными и всезнающими, – сказал он, садясь за стол и сдвигая заключения. – Особо опасно такое зазнайство для докторов…

– В заключениях ошибка? – спросил Пушкин, сидя на смотровой кушетке.

– Ошибка в выводах, – ответил доктор, постучав указательным пальцем в стопку страниц. – Как вам известно, многие внутренние болезни имеют схожие симптомы. Умение врача-диагноста в том, чтобы определить болезнь по сумме симптомов, а не по одному… Моими, с позволения сказать, коллегами допущена трагическая оплошность: они увидели признаки, зафиксировали их по отдельности, но выводы сделали чудовищно неверные! Как можно указать: замедление пульса и дыхательных движений, расширение зрачков, ощущение зуда, головокружение, усталость, озноб, синий цвет кожи, боль в лице, рвота, нечувствительность членов, корча нижней челюсти, спячка, ползание мурашек по телу – и при этом сделать выводы о сердечном приступе у барышень и несварении желудка у господина Бабанова? Где были их глаза? Это же очевиднейшая сумма признаков отравления аконитином!

– Преступный умысел?

Доктор отмахнулся:

– Обыкновенная человеческая глупость… Видят не видя, слышат не слыша и делают заключения безграмотные… Никакого умысла… Ну и не слишком часто имеют дело с отравлениями. Отравление аконитином все же редкость, надо признать…

– В заключениях достаточно признаков, чтобы потребовать эксгумации?

– На мой взгляд, с избытком, – ответил Преображенский, но тут же совсем другим, равнодушным и покорным тоном добавил: – Хотя как прокурор посмотрит… Только прошу вас не упоминать моего имени. Пусть официально другие господа постараются.