Правила поведения под столом

Дернулась только, когда, закончив омовение, лорд положил руку в область солнечного сплетения и резко несильно надавил. От его ладони по телу, как круги по воде, разбежалась волна магии, убирая боль и залечивая ранки. Потом Крафт так же осторожно залечил и обмыл порезанную руку, бурча себе под нос что-то вроде: «Остолопы, лишь бы кромсать!»

Потом меня бережно завернули в плащ, по-прежнему не говоря ни слова, отнесли в мою комнату и уложили на кровать.

А там, совершенно не обращая внимания на сопротивление, Крафт окончательно разорвал платье, бросил его на пол и, накрыв меня одеялом, приказал:

– Ну знаешь ли! – у меня наконец-то прорезался голос. – Ты совсем уже потерял стыд и совесть! Спасибо, конечно, но с этим бы и Зида прекрасно справилась. И нечего мне приказывать, когда отдыхать, а когда нет!

Откинула было одеяло, чтобы демонстративно встать с кровати, но тут же закуталась в него по самую шею. Я была настолько зла, что даже забыла, что из одежды на мне сейчас только нижняя часть белья. Да и та мало что прикрывала, здесь ведь жаркий климат.

– Смотрю, тебе уже намного лучше. Так, может, поговорим, раз отдыхать не хочешь? – вполне миролюбиво предложил Крафт, вольготно устраиваясь поперек кровати у меня в ногах. Он улегся на бок, подпер голову согнутой в локте рукой и предложил невероятное:

А я даже растерялась от такого поворота событий.

– О чем угодно? – недоверчиво поинтересовалась у него.

– Все, что только взбредет в твою очаровательную головку. Я больше не намерен отмалчиваться. Это, как оказалось, может плохо кончиться. Ведь ты не сразу надела кулон, а только когда стало плохо? Я в этот момент, знаешь ли, тоже не особо хорошо себя чувствовал. И, судя по тому, как спокойно ты воспринимаешь эту информацию, кто-то тебе уже все объяснил.

– Да, – кивнула согласно, – Зида. Она все поняла, когда я надела кулон, и он начал действовать. Но мне одно непонятно, почему ты пошел на это?

– А ты считаешь, было бы лучше позволить тебе умереть? – усмехнулся лорд.

– Нет, конечно. Но теперь и ты подвергаешься постоянному риску. А если со мной что-то случится? Тогда ведь и ты пострадаешь.

– Если с тобой произойдет какое-нибудь несчастье, я буду страдать, Арика. Но не потому, что мне тоже будет больно, мне будет плохо от осознания того, что ты страдаешь. Мы разделили одну жизнь на двоих, но тела наши не связаны. Болезни, травмы, ранения по-прежнему остаются каждому свои. Если умрет один из нас, то второй об этом уже не узнает, потому что умрет в то же мгновение. Нам нельзя разлучаться. В идеале мы оба должны всегда находиться в пределах одного города.

– Значит, нам не обязательно жить в одном доме? – обрадовалась я.

– Нет.