Правила

— Ты что-то хочешь добавить Зейн? — резкий голос Рейчел прорезался через разогретый августовский воздух, вызывая легкий озноб.

— Она всегда пропускает два вопроса.

Не уверен, зачем я сказал это, но точно знал, что лучше принять участие в играх Рейчел. Плевать на пивное веселье или на изжившие воспоминания о лете, проведенном с отцом.

Эти месяцы были намного лучше, чем раньше. Куинн — мой идеальный старший брат — устроился в колледж на работу на это лето, сократив тем самым возможности для прямого сравнения

и, следовательно, на определения моих недостатков. Хотя мой отец и без этого мог бы удостоиться звания «худшего».

Раньше я никогда не приходил в школу до начала уроков, пока Рейчел не потребовала, чтобы мы все помогли устроить эту её сегодняшнюю «шутку».

Пожалуй, я слишком устал от фразы, что «мы лучше, чем остальные». Сейчас, вспоминая все минувшие события, мне с трудом верилось, что когда-то я считал все это забавным.

— Что ты сказал? — потребовала Рейчел, отвлекая меня от собственных мыслей.

Взгляд мимоходом коснулся японских дизайнерских фонарей, висящих прямо над моей головой, и скользнул дальше, в сторону джакузи.

— Я сидел за Арианой в прошлом году, она всегда писала пером и всегда пропускала по два вопроса в тестах, викторинах. Вот и всё.

Такер была не высокой, и увидеть через её плечо не составляло большого труда, пока миссис Скалиари возвращала наши работы. Заметив чернила, мне сразу же захотелось узнать больше.

— Одни и те же два вопроса? — спросила Ками, нахмурившись.

— Нет, обычно разные, но всегда два, — не раздумывая, ответил я.

Это означало, что иногда она получала 98 из 100 баллов, но бывало, когда задания были в три вопроса, она полностью заваливала их.

Кроме того, она пахла лимонами, но это был настоящий запах, а не суррогат из парфюмерной отдушки. Я был уверен, что её волосы были светлее, чем она хотела показать людям, создавая впечатление, словно постоянно перекрашивает свой природный темный цвет.

Скорее всего, у нее были неприятности дома. В прошлом году, ей накладывали шины на пальцы четыре раза. И меня не покидало чувство, что, возможно, у неё есть татуировка. Один раз воротник её рубашки сдвинулся, и я увидел край небольшой квадратной повязки. Такие использовала мама, что бы заклеивать мои травмы после скейта. Уже после, зная, что искать, я стал замечать каждый день слабые контуры прямоугольника под одеждой, в том же самом месте.

Это не могло быть травмой, слишком долго держалась повязка. Моим лучшим предположением было то, что Ариана, возможно, стыдилась своей татуировки. Возможно, это случилось по пьяни, на весенних каникулах. Маркус Пейнтер, один из атакующих в нашей команде по лакроссу, набил себе имя своей возлюбленной на руке, но на тот момент, она уже была его бывшей.