Правила

Так же, я разговаривала с ним, шептала, чтобы никто не мог услышать. Он не отвечал или не замечал моего присутствия, но я знала, что, в конце концов, это изменится.

Я научила Джерри доверять мне. Я вытаскивала семечки из подсолнуха, из его еды, прежде чем он мог съесть их, и использовала их, чтобы приманить его ближе, чтобы можно было погладить его.

В любом случаи, моя неделя или около того с Джерри была, вероятно, самой счастливой за все время моего пребывания в лаборатории.

Я должна была знать лучше. Мои занятия должны были навести меня на то, что должно последовать дальше. Ежедневный учебный план включал в себя видео со схемой анатомии мыши. Найти сердце. Понять, как оно работает.

Но я не обращала внимания. До тех пор, пока Доктор Джейкобс не изложил, чего именно он хочет.

— Убей мышь, — сказал мне он, однажды днем через интерком, едва подняв взгляд от пачки бумаг на своей планшетке.

— Что? — я уставилась на него, не понимая. Я посмотрела на Мару, стоявшую рядом с Доктором Джейкобсом в комнате наблюдений, для подтверждения его слов. Но ее глаза расширились от удивления.

— Сэр, — начала она.

— Просто останови сердце. Ты можешь это сделать, — нетерпеливо сказал мне Доктор Джейкобс, сердито смотря на Мару.

Мара, в свою очередь, ответила мне вынужденной улыбкой и жестким не обнадёживающим кивком. Но я чувствовала ее страх.

Я не шевелилась. Я знала, что могу сделать то о чем он просил — найти быстро бьющееся маленькой сердце Джерри, представив его таким, каким видела сердце на схеме и приказать ему остановиться. Но я не буду; Джерри был моим другом.

Что-то в моей неподвижности насторожило Доктора Джейкобса. Он положил свою планшетку, сердито фыркнув. — Дорогая, ты была такой послушной, до этого момента. Ты хочешь выйти НАРУЖУ, не так ли? — Его улыбка была натянутой, каким-то образом, угрожающей.

Мой разум перенес меня к Лео и его окровавленной ухмылке. Урод. Они никогда не выпустят меня отсюда.

Я нахмурилась. Он говорил правду, я бы точно почувствовала. Но, так же, я не увидела никакого смысла в обмане Доктора Джейкобса. Кто-то лгал.

Доктор Джейкобс никогда точно не говорил, когда меня выпустят наружу или на каких условиях, вдруг указала моя логическая сторона. Я узнала это — как стратегию переговоров, обычно применяемую среди людей. Она называлось — оставить лазейку.

Жаркая волна наполнила меня, заставив меня сжать руки в кулаки. В тот момент, я ненавидела Доктора Джейкобса, не только за просьбу убить Джерри, чего я не сделаю, а за то, что заставил меня ждать того, чего он не собирался исполнять.

Доктор Джейкобс принял мое молчание за знак согласия. — Очень хорошо. Он схватил свою планшетку и начал листать страницы.

— Нет. — Мой голос прозвучал тихо и мягко.