Правила обманутой жены

Поэтому не фантазируйте, пожалуйста. И простите за прямоту.

— Какое совпадение! А я здесь слежу за мужем. Поэтому ищите себе другой наблюдательный пункт. Мне с этого ракурса все хорошо видно.

Мужик еще раз внимательно посмотрел на меня и пробормотал:

— Вообще-то мне тоже.

Потом перевёл взгляд на витрину и спросил:

— Извините за бестактность, а вот этот мужчина там, за витриной, случайно не ваш муж? — пальцем в черной кожаной перчатке он указал на Диму.

— Случайно да, — я стащила перчатку и задышала на руки, согревая озябшие пальцы. — А что?

— А то, что он явно любовник моей жены — той блондинки, что сидит рядом с ним. Жена, правда, бывшая. Но это ничего не меняет.

— Еще как меняет. У меня муж настоящий. В смысле, действующий. Ну… вы поняли, короче.

— Понял, — кивнул он, поплотнее запахивая пальто. — А также понял, что ваш муж, скорее всего, и послужил причиной нашего развода с женой.

— А почему это мой виноват? Может, это ваша жена — разлучница, которая соблазнила моего Диму?

— Да ладно вам! — отмахнулся он, — ни одна женщина не в силах устоять, если за ней активно ухаживают. Это вы на словах все верные, а на деле…

— Да прям! Знаете: женщина не захочет, так никто не вскочит! Так что не нужно вот здесь строить из себя несчастного.

— Какая гадость! — презрительно выдавил он. — Захочет, вскочит, вы не могли бы этот мерзкий фольклор оставить при себе? Терпеть не могу подобное скабрезное народное творчество!

— Ах, извините! Не повезло вам с народом, ваша светлость! Ну уж какие есть. И поговорки, может, и скабрезные, но точные. И нечего из себя строить принца Датского.

— Я не строю… просто хочу знать, на кого она меня променяла. И знаете, честно говоря, я поражен. Потому что он мне в подметки не годится.

Я аж задохнулась от возмущения:

— Да что вы о себе возомнили? Да мой муж вам фору даст во всех смыслах.

— Серьезно? — насмешливо протянул он. — А сейчас врете! Извините за грубость!

— Не извиняю! Тоже мне, обиженная цаца. Променяли его, видите ли! Нужно было свою женщину держать крепче, а не ползать потом раком под машинами, выискивая более успешных соперников.

— Да кто бы говорил! — он даже приподнялся от возмущения. — Сама прошляпила мужика, прохлопала, а теперь дает ЦУ.

Мне так обидно стало в этот момент, что из глаз хлынули слезы. Пряча от него лицо, я вытерла их перчаткой. Прав он, этот холеный наглец. Но все равно обидно до невозможности!

В этот момент мой муж Дима взглянул прямо на нас через витрину.

— Да сядьте вы, каланча! — я дернула его за рукав пальто, заставляя пригнуться. — Сейчас нас попалите!

В пылу спора я прижалась к нему, чтобы Дима не засёк меня за машиной, и не заметила, что наступила на полу кашемирового пальто этого наглого мужика.