Правила Барби (СИ)

В прошлом году прошел ее собственный показ в Нью-Йорке, было открыто пять бутиков в Штатах и три в Европе: по одному в Англии, Франции и Италии. Ее империя росла, она обзавелась целым штатом персонала, в том числе двумя ассистентками. И я гордился своей невероятной супругой.

– Мы договорились оставить на время работу, – прошептал я, несильно прикусывая ее ушко.

Уже чуть больше года я занимал кресло генерального директора компании «Эванс-Фостер Энергетик», и за это время окружил себя надежными и верными людьми, которым мог доверить временное управление компанией.

– Не ворчи, я просто рисую, займусь коллекцией после рождения Эйдена, – отозвалась она. Я улыбнулся, ведь после того, как мы узнали пол ребенка, она больше не смогла называть его «малышом», она завала его Эйденом.

Беременность стала для нас неожиданностью, но приятной."

"– Хорошо, – ответил я, закрывая блокнот. Барбара приподняла стакан, и мне пришлось вытянуть голову, чтобы попробовать коктейль, стоит сказать, что она пила один и тот же вишневый коктейль все эти дни.

– Чувствуешь? Кажется, из фиолетовой соломинки вкус получается слаще.

– Да, так и есть, – отозвался, пряча улыбку, ведь вкус коктейля был одинаковым, через какую бы соломинку его не пили. Но если через фиолетовую ей было слаще, то я соберу все фиолетовые соломинки, что только существуют в этом мире, только бы с ее губ не сходила улыбка.

Я уткнулся носом в ее шею, и принялся поглаживать круглый живот. Мог ли я хоть когда-либо подумать, что буду чувствовать себя так чертовски счастливо? Любовь всей моей жизни была моей женой, наши чувства крепли и увеличивались с каждым днем, и совсем скоро мы станем родителями маленького мальчика, которому я уже готов подарить весь мир.

– О боже, я чувствую! – воскликнула Барбара, отставляя в сторону пустой стакан и хватаясь за живот.

– Что? Тебе больно? – обеспокоенно спросил я, подрываясь с места и помогая встать ей. Черт возьми, все же было хорошо.

– Джефри!

– Детка, нам нужно в больницу, – запаниковал я, едва не хватая ее на руки и не несясь в местную клинику. Барбара удивленно вскинула брови, а затем уголки ее губ поползли вверх.

Я убью ее. Сегодня ночью. В постели.

– Зачем? Мы хотим есть, у меня желудок сворачивает, – сказала она, тихо посмеиваясь. И глядя на эту резвящуюся негодницу, я просто не мог не улыбнуться.

– Пойдем, – лишь ответил я, поднимая с песка ее блокнот и пустой стакан.

Я наблюдал за ее покачивающимися ягодицами и не мог успокоить волнение внутри, прямо как в день, когда впервые увидел ее. От этого не избавиться, влияние Барбары Эванс, а в замужестве Фостер слишком велико, но мне нравилось это.