Правила Барби (СИ)

Я привстала на носочки, расставляя ноги, насколько это было возможно, обернула руку вокруг его головы и сжала волосы на затылке, заставляя его выругаться. Его слабое место. Фостера охватывала дрожь, когда кто-то касался его головы, – поправочка – когда я касалась его головы.

– Эванс, ты чертова дьяволица, вовсе не милая куколка с большими и наивными глазами, – несдержанно выдал он, вынимая из меня пальцы и накрывая ими налившийся клитор.

– Ты только что понял это? – Он зарычал и поменял нас местами, а затем резким движением усадил меня на стол. Я вцепилась в края его рубашки и разорвала ее, пуговицы разлетелись в стороны, но наконец мне была доступна его накаченная грудь. Он стянул с себя рубашку, а затем перекинул мои все еще влажные, взъершенные волосы через плечо. Пылкие губы накрыли мой сосок и втянули его в рот."

"Я всхлипнула, ерзая под ненасытным ртом, терпеть больше не было сил, и Фостер не стал мучать меня. Отодвинув мои трусики в сторону, он резко вошел в меня на всю длину, заставляя меня вскрикнуть и схватиться за его плечи.

– Святые, блять, угодники, – зашипел он, сжимая руками мои бедра. Маленькая вспышка боли мгновенно сменилась наслаждением. Я сильнее раздвинула ноги, чтобы Фостер был как можно ближе ко мне. И он понял все без слов, а может, сам хотел того же. Задвигался быстро, но страстно и чувственно, с каждым разом прижимаясь ко мне все сильнее, сжимая все мое тело своими умелыми руками и с каждым толчком, наполняя меня до упора.

Запах табака, жженого сахара, сухой древесины и лайма, как и пять лет назад, вскружил мне голову. Его губы накрыли мои и утянули в глубокий поцелуй. Эмоции переполняли меня, удовольствие смешалось с всепоглощающим чувством к этому мужчине. Мои глаза наполнялись слезами, и я была не в силах контролировать их. И как может подобное не растрогать? Он обращался со мной как с тем самым единственным, что было важно для него в этой жизни. Он не просто целовал меня, он показывал свою нежность, заботу, внимание и восхищение. Так целуют только ту, ради которой готовы отдать свою жизнь.

Черт, снова Фостер будет насмехаться надо мной, когда увидит, что я расплакалась во время секса. Но впервые, пожалуй, я не чувствовала из-за этого дискомфорта.

Одна слезинка все же сорвалась с моего глаза и медленно покатилась по щеке, Фостер заметил это, запустил пальцы в мои спутанные волосы и губами стер эту слезинку.

– Барбара, малышка.

Я не могла ничего сказать в ответ, новые слезы хлынули из моих глаз, и он сцеловывал каждую с моей щеки, постоянно нашептывая сладкие слова, от которых я легко могла впасть в гипергликемическую кому. Двигался все резче и отрывистее, вероятно, как и я, чувствуя приближение оргазма.

Джефри обхватил мой затылок и уткнулся носом в мою шею.