Дядя самых честных правил 10

Аменокаль приказал туарегам расковырять один из холмиков и посмотреть, что стало с песчаной змеёй. Но едва они разрыли песок, как оттуда пошёл такой запах, что срочно пришлось закапывать обратно.

— Ты великий колдун, Акотей, — вождь поклонился мне. — Никто и никогда не мог убить Аль-Граб-Боиди, только ты справился с ужасом пустыни.

— Ничего сложного, — я махнул рукой, — это всего лишь животные. Не будем задерживаться, я хочу быстрее добраться до горы и разобраться с хозяином гулей.

Мы снова сели на верблюдов и двинулись к цели, до которой оставалось всего несколько часов. И откуда несло тёмной магией и страхом — некто ждал меня, готовился и ужасно боялся.

Глава 16

Туту

Мы приближались к Габаль-Эль-Увейнат, и я не мог не признать: место для могилы своей прародительницы туареги выбрали идеально. Посреди пустыни высилась не просто одинокая вершина. Габаль-Эль-Увейнат оказалась кольцом высоких скал, вёрст в двадцать пять в поперечнике, как я оценил на глаз. Эдакие крепостные стены, за которыми и пряталось священное место.

На западном склоне величественной горы бил источник Айн Дуа, возле которого мы и сделали остановку. Вокруг небольшого водоёма, куда стекала вода, рос невысокий кустарник и стелилась выгоревшая трава. Отличное место, чтобы отдохнуть после пекла пустыни и подготовиться к разборкам с Павшим.

Я ощущал внутри кольца скал чужую силу, но её хозяин так и не рискнул напасть в открытую. Даже его гули бродили где-то далеко и не приближались к нашей стоянке. Впрочем, на случай неожиданностей имелся Киж, который всю ночь просидел у костра, дав мне спокойно выспаться и восстановить часть потраченных резервов."

"Утром я отказался от завтрака, велел аменокалю ждать меня у источника и в сопровождении Кижа двинулся искать Павшего. Через широкий разрыв в скалах мы вошли в кольцо Габаль-Эль-Увейнат, словно в ворота крепости.

— Константин Платонович, что это?

Киж указал на скалу, всю покрытую странными рисунками. Львы, жирафы, страусы, газели, фигурки людей и сцены охоты.

— Петроглифы, Дмитрий Иванович, наскальные рисунки древних людей.

Пока искали вход в гробницу, мы видели тысячи и тысячи таких рисунков. Думаю, это место было местом поклонения задолго до того, как туареги появились в этой пустыне. Киж частенько останавливался, чтобы их рассмотреть, качал головой и восхищённо цокал языком.

— Дмитрий Иванович, не отставай. Потом будешь любоваться.

— Да-да, один момент!

Через пару часов поисков я увидел тёмный провал входа в гробницу. Камень вокруг входа был покрыт затейливой резьбой, а площадка перед ним была тщательно выровнена. А концентрация чужой силы и страха стала максимальной.

— Готов, Дмитрий Иванович?

— Так точно!

— Только, пожалуйста, не лезь на рожон.