Варяжская правда

Сказано было в грамоте: «Если вправду меня просите, то пришлите лучших мужей, чтобы с великой честью пойти за вашего князя, иначе не пустят меня киевские люди».

А в киевском Детинце оставшаяся без главы дружина Игоря приносила присягу его юному сыну Святославу.

У юного князя были лицо и рост мальчишки, но сложение и повадка мужа. А в седле он сидел так, словно конская спина была продолжением его собственного тела.

Пока Асмуд и Свенельд разбирались с дружиной, Серега с двумя десятками гридней оставался при князе.

– Ты – тот Серегей, который предсказал смерть моего отца? – спросил его мальчик.

– Да, – подтвердил Духарев.

– А мою смерть ты сможешь предсказать?

– Ты еще слишком юн, мой князь, чтобы думать о смерти, – снисходительно, как ребенку, ответил ему Сергей.

– Если древляне возьмут верх, они меня убьют, – спокойно ответил Святослав, и Духареву стало стыдно. Святослав был мальчишкой, но он был князем. И это было важнее того, сколько ему лет.

– Мы побьем их, – сказал Серега. – А ты вырастешь и прославишься.

– Я спросил: сможешь ли ты в назначенный час предсказать и мою смерть? – строго произнес мальчик.

– Тогда я велю тебе всегда быть рядом со мной.

– Это честь, – сказал Духарев. – Но я хотел бы сражаться рядом с тобой и без этого.

– Так и будет, – выбритая головенка с одной-единственной светло-русой прядью величественно кивнула. – Что еще ты предсказал моему отцу?

– Еще то, что слава и удача будут с тобой, князь, пока рядом с тобой будет твой воевода Свенельд.

– О нем я ничего не могу сказать. Только то, что он – лучший воин из тех, кого я знаю. Хотя ему уже немало лет.

– Свенельд будет рядом со мной, – сказал юный князь. – И Асмуд. И ты.

Глава пятьдесят пятая

Древляне прислали новых послов. Лучших мужей со всей земли Древлянской. Как просила Ольга.

Княгиня встретила их по-княжески. Пригласила в баньку с дороги…

Из баньки дорогие гости не вышли. Пожар в баньке случился, а двери – беда какая! – оказались на запоре. Так и сгорели гости в одночасье.

А из Киева в Искоростень новое послание полетело:

«Вот уже иду к вам. Готовьте медов поболее в городе, где убили мужа моего, да поплачусь на могиле его и сотворю по нем тризну».

И, взявши с собой одних лишь отроков своих да еще сотни полторы гридней, княгиня бесстрашно отправилась на древлянскую землю.

И Асмуд, и Свенельд пытались ее отговорить, но без толку.

– Вы, главное, сами не опоздайте! – заявила Ольга и отбыла.

Две недели Серега дома почти и не бывал, ночевал в гриднице – слишком дел много было. Но последнюю ночь перед отправлением решил провести дома.

Дома, надо отметить, вполне обходились и без него. Челядь ходила по струнке, зато во дворе толклись какие-то оборванцы, прикармливаемые Сладой, по христианскому обычаю.