Варяжская правда

Кто из нас лучший?

– Ты, – не раздумывая, ответил Серега.

– Подкинь, – уронил Устах, и кто-то из молодых подбросил в огонь сучьев. Пламя оживилось.

– Крепче, – согласился Устах. – А с тобой?

– Ну… Меня ты тоже достать можешь, – уклончиво ответил Духарев.

– Могу, – согласился Устах. – Два раза против пяти.

– Ты лучше бьешься, – не согласился Духарев. – Просто я быстрее.

Это тоже было правдой. Устах владел оружием намного лучше, Духарев учился у него, а Устаху у Сереги учиться было нечему.

– Понимаешь, к чему я клоню? – спросил Устах.

Духарев покачал головой.

– На словенской земле, – сказал новгородец, – от моря Северного до Дикого Поля только нурманы и варяги – лучшие воины. Тебя кто пляске битвы учил, варяг иль нурман?

– Варяг, – ответил Духарев.

– Я понял, – сказал Серега. – Что от меня требуется?

– Эй, молодица, воды горячей подай! – скомандовал Устах Нелене.

Он порылся в сумке, вытащил и бросил в котелок щепоть сушеной травы. В воздухе густо запахло мятой.

– Бороду смочи, – велел варяг, вытягивая из чехла нож. – Угу. А теперь чуток наклонись.

Лезвие, остротой вполне соперничающее с бритвой «Жиллет», прошлось по Серегиным щекам, и светлая бородка осыпалась на подставленную рогожку. Минута, не больше – и от светлой поросли остались только сбегающие книзу усы. Конечно, не такие роскошные, как у Устаха, в косички не заплетешь, но вполне приличные.

– А голову? – спросил Духарев, вспомнив Скольда.

Драй и Устах засмеялись.

– Пока так походишь, – сказал Устах. – Голову лучшие мужи бреют.

Серега пощупал свисающие по сторонам подбородка усы.

– Ну что? – спросил он. – Это все?

Он помнил, как они братались с Мышом, помнил Волохово капище и ожидал неких особенных обрядов, клятв… А тут – просто как в парикмахерской.

Устах смахнул волосы с рогожки в огонь, пробормотал что-то и поднялся.

– Не все, – произнес он. – Пойдем. Прогуляемся.

Они отошли от костров, в темноту. Под ногами похрустывал снег. Где-то жалобно и тонко провыл волк. Но никто из его братьев не отозвался.

– Слушай, – произнес он негромко. – И запоминай. Наш устав простой, но кто его преступит – умрет. Мы, варяги, сыновья моря. Потому на море мы никогда друг против друга не встаем. А на твердой земле, бывает, под разными знаменами ходим. Бывает, вожди наши меж собой бьются. Это ведь жизнь. В жизни и брат брата погубить может. Ты вот – христианин, я – первым Перуна почитаю. Схлестнутся наши боги, начнут спорить, кто выше, так и мы с тобой железом играть начнем. Варяг против варяга. Но есть у нас своя Правда. И ты эту Правду знать и исполнять должен. А отступишь – тебя любой из нас, как пса бешеного, убить может. И виру князю иль наместнику с воеводой платить не станет, коли наместник, князь иль воевода – тоже варяг.