Другая правда. Том 1

По работе мне нужно было освоить некоторые психодиагностические методики, и специалист, который меня обучал, предложил для начала самой выполнить тесты, чтобы своими глазами увидеть, как они работают. Я выполнила, а он потом рассказал мне интерпретацию. Причем вышло так, что разговор состоялся не один на один, как у нас с вами сейчас, а в присутствии третьих лиц, хотя это и не положено, запрещено профессиональной этикой психологов. Но так вышло. Никто не виноват. Боже мой, как мне было стыдно и неловко! Как неприятно! И самое ужасное — я осознавала и признавала, что каждое сказанное этим специалистом слово является правильным. Все было именно так, как он говорил. И конечно же, я немедленно придумала сто пятьдесят четыре причины, объясняющие, что «он не совсем прав» и «на самом деле всё не так». Мысленно, разумеется. С того дня я стала несколько иначе понимать слово «правда».

Багровый румянец, заливавший лицо Петра, постепенно бледнел, но глаз на Настю молодой человек по-прежнему не поднимал.

— Еще кофе? — предложила она.

— Да, — сипло выдавил Петр, откашлялся, прочистив горло, и повторил уже увереннее: — Да, если можно.

— А пиццу вы принесли?

— Пиццу… Забыл, извините. Очень торопился.

— Да не в том дело, что торопились, а в том, что меня боялись, — улыбнулась Настя. — Вы так панически боитесь, что вас будут критиковать или ругать, что забываете обо всем на свете. Этот страх все в вас перекрывает и перешибает. Вернемся к правде. Она для вас не самоцель, а инструмент, это мы уже выяснили. Поэтому все пафосные словеса о поиске истины и справедливости, которыми вы пытались меня пригнуть, засуньте подальше. Права громко говорить правду о других людях вы не имеете, поскольку правду о себе вы старательно скрываете, в том числе и от себя самого, это мы тоже выяснили. У нас с вами остался последний пункт: собственно правда. Может быть, я вас разочарую, дорогой Петр, но правды нет. Ее не существует.

— Как это?

Он наконец посмотрел на нее. Так удивился, что забыл расстраиваться и обижаться."

"— А вот так. Нет — и всё. Есть одна большая правда, очень большая, настолько большая, что мало кому удается ее увидеть целиком. И настолько неприятная, что мало кто готов ее признавать. Все остальное — иллюзии. Мы живем в мире иллюзий, часть которых переходит к нам с традициями, обычаями, культурой, законом, а другую часть каждый из нас придумывает себе сам. Самая лучшая и точная характеристика любой цивилизации — это смысловое содержание принятых и наиболее распространенных в ней иллюзий. Посмотрите на животных, птиц, рыб. Они прекрасно умеют приспосабливаться к обстоятельствам и выживать, но лишены всяческих иллюзий, потому что мозг у них есть, а интеллект не развит.