Другая правда. Том 1

При чтении же специальной литературы мы только черпаем информацию. Хорошо, идем дальше. Какую же информацию ты так старательно черпал? Ответ в твоем дипломе, вернее, в приложении к нему. Тебя интересовала расовая теория. Превосходство одной расы или национальности над другими. Дихотомия „человек — недочеловек“. Право на жизнь для одних и обязанность исчезнуть и не коптить небо для других».

Само собой, до перевода дело в воскресенье так и не дошло. Зато портрет Андрея Сокольникова начал обрастать плотью и приобретать краски. Около десяти вечера Настя взяла себя в руки, выключила компьютер, надела кроссовки и отправилась в круглосуточный супермаркет. Пицца пиццей, но совесть тоже иметь надо.

Совести хватило на упаковку нарезанного хлеба, сыр, три разные коробки с печеньем и два пакетика маленьких квадратных вафелек. Ну так и быть, бросим в корзину еще блок йогуртов и сладкие творожные сырки. Теперь самое главное — подойти к кассе, отведя глаза вправо, потому что если посмотреть чуть влево, то натыкаешься взглядом на стойку с шоколадом, и заканчивается всё, как правило, плохо. Вся засада в том, что безопасно проскочить стойку можно только тогда, когда в очереди нет ни одного человека и касса свободна."

"Касса была абсолютно свободна, молоденькая кассирша чуть ли не подремывала, сидя на стульчике. И тем не менее в корзине у Насти непонятно каким образом оказались штук пять разных шоколадок: с цельным фундуком, с миндалем, с изюмом, с марципаном… «Я безвольная старая курица, — ругала себя Настя по дороге домой. — Сейчас наемся шоколада до одури, потому что я не умею съесть одну-две дольки и остановиться, я же буду трескать сладкое, пока у меня пищевод не слипнется, а завтра встану с омерзительными красными пятнами на щеках, потому что у меня аллергия. Горбатого даже могила не исправит».

Но проснуться утром с аллергическими пятнами Анастасии Каменской не удалось. Стоило ей, придя домой, сварить кофе и распечатать первую из запретных шоколадок, как зазвонил телефон. Номер был незнакомым, и сердце неприятно дернулось. Звонки с незнакомых номеров в такое время суток обычно ничем хорошим не кончались.

— Анастасия? — раздался мужской голос. — Это Владимир Юрьевич, мы с вами вчера познакомились. У Петра неприятности, его задержала полиция, доставили в отдел, нужно привезти его паспорт для подтверждения личности и как-то разрулить вопрос. Я уже раздобыл ключи от квартиры, сейчас еду за паспортом. Буду признателен, если вы окажете содействие.

Ну, началось. Скажешь, что ты врач, и тут же у всех присутствующих возникает нужда получить медицинскую консультацию. Скажешь, что ты полковник полиции в отставке, и тут же тебя начинают просить помочь, посодействовать, выручить, вытащить, разобраться. Закон жанра.