Правь Амбером!

Хотя десятилетия, проведенные под открытым небом, в военных походах, выдубили лицо короля и покрыли морщинами, глаза его говорили о жизнерадостном характере и живом уме. Сломанный нос и длинные белые шрамы на руках и на левой щеке свидетельствовали о сражениях, сквозь которые ему довелось пройти за эти годы. Это был величайший король и правитель, какого только знал его народ.

– О благороднейший Оберон, Владыка Света, придающий облик мечтам! – воскликнул король Элсом, едва заметно дрожа от благоговения и страха. – Наши жизни принадлежат тебе! Повелевай нами, молю тебя! Мы живем, чтобы служить тебе!

Я взглянул на трех молодых мужчин, которые по-прежнему стояли на дороге, преклонив колени и почтительно опустив глаза. Лишь самый молодой осмеливался изумленно и восхищенно поглядывать на меня, когда ему казалось, что мое внимание обращено на что-то другое. У всех у них были чеканные черты короля, только шрамов гораздо меньше. Ничего, дайте им время...

– Ты привел с собой своих сыновей, – сказал я, улыбаясь.

– Всех, как было сказано в пророчестве, владыка Оберон!

– Всех? – переспросил я. Должно быть, это испытание. – А где же твой четвертый сын, король Элсом?

– Это ты должен сказать мне об этом, владыка!

Тут позади пропела спущенная тетива. Я знал, что это произойдет, и все же не переставал удивляться этому. Ну почему богов постоянно необходимо испытывать, чтобы удостовериться в их божественной природе? Моим испытанием должна была стать стрела в спину.

Я развернулся – куда стремительнее, чем мог бы двигаться любой из людей. Казалось, время замедлило свой бег. Я сосредоточился на летящей прямо в меня стреле. Стрела негромко свистела в полете; ее черное древко было снабжено черным оперением, а зазубренный наконечник позолочен. Очень подходяще для бога.

Я взял стрелу из воздуха прежде, чем она ударила в меня, и продолжил пируэт, снова развернувшись к королю Элсому. Король ахнул, и глаза у него полезли на лоб; он.явно не мог поверить в увиденное. Для них это было чудо, для меня – фокус, проделанный благодаря быстроте и координации. Ничуть не труднее, чем поймать мяч.

Потом радость на лице короля начала сменяться страхом. Я действительно оказался богом, а его сын по его приказу только что попытался убить меня. Что я стану делать? Какой кары заслуживает такое преступление?

– Прекрасный выстрел. Но для того, чтобы убить меня, стрелы мало, – небрежно произнес я, подпустив в голос нотку веселья. Лучше отнестись к этому как к шутке и простить его.

Сжав кулак, я сломал стрелу и бросил обломки под ноги королю.

– Позови сюда своего старшего сына, – велел я. – Я хочу взглянуть на него.

– Янкос! – крикнул король Элсом. – Иди сюда!

Он снова преклонил колени и опустил голову; лицо его было бледно.