Правь Амбером!

Если я предпочту не играть, если я предпочту уйти с доски и наплевать на свое предназначение, то это будет мое собственное решение, будь то к добру или к худу!

– Ты так говоришь, как будто игра неизбежна.

– Однако же пешка может пройти в короли.

Я покачал головой. Ну да, я и чувствовал себя пешкой, но пешкой отца, а не каких-то могучих сил. Дворкин так часто лгал мне, что я не мог отделить факты от его полета фантазии. Судя по всему, что я знал, Иш с его соплеменниками могли оказаться моими родичами по материнской линии. Возможно, они тоже единороги. Мне-то откуда знать?

Немного поразмыслив, я сказал:

– Я не против игры. Но я хочу выигрывать. И выиграю. Но для этого всегда полезно знать правила игры, па. Помоги мне их понять.

– Ну тогда давай, рассказывай.

И я с упрямым видом скрестил руки на груди. Отец, улыбнувшись, покачал головой:

– Никто не рассказывает нам о правилах. Нам приходится выяснять их самостоятельно, по ходу игры.

Ну конечно, очередная отговорка. И почему меня это не удивляет?

Я решил испробовать другой путь.

– В таком случае, если мы – пешки, то кто игроки? Фейнимы?

– Если мы пешки, то они – фигуры.

– Возможно, шахматная доска. Или, быть может, один ее квадратик...

– Ты понимаешь, что меня этот ответ не устраивает?

– Другого у меня нет.

Когда мы вернулись в лагерь, я встал как вкопанный и уставился на него в изумлении. Перемены наводили на мысль о чуде. Наверное, за время нашего краткого отсутствия на Амбер снизошла армия каменщиков, плотников и прочих работников: вокруг внешних стен были возведены леса и вороты для подъема тяжестей – при их помощи огромные каменные глыбы уже начали становиться на свои места. За стенами выросло одно крыло замка. Десятки рабочих возились на крыше, укладывая красную черепицу.

– Король! Король! – раздался чей-то крик.

Работа замерла; сотни рабочих остановились и развернулись в мою сторону. Они разразились приветственными криками. Я неуверенно помахал им рукой.

Мгновение спустя из проема, где предстояло встать главным воротам, появились Эйбер с Фредой. Они кинулись к нам по извилистой грунтовой дороге. Фреда обняла меня, крепко прижала к себе и заплакала. Ухмыляющийся Эйбер хлопнул меня по спине.

– Самое время! – воскликнул он. – Где тебя носило?

– Это все... – я указал на замок. – Как вам это удалось?

– Усердный труд. – Эйбер покачал головой. – Я никогда в жизни столько не работал.

Фреда отпустила меня и отступила на шаг.

– С возвращением, – сказала она. – Отец, где ты его нашел?

Я непонимающе уставился на них.

– Из-за чего такой переполох? Я же ушел на какой-нибудь час!

– Час? – Эйбер рассмеялся. – Оберон, тебя не было четыре месяца!

– Фейнимы... – пробормотал отец. – Я понятия не имел...

– Надеюсь, ты не заключил сделку с этими существами...