Правь Амбером!

– Так все-таки королем будешь ты? – с надеждой спросил меня Эйбер. – Не папа?

– Королем должен быть Оберон, – сказал Фреда. – Узор избрал его.

– Отлично! Видишь ли, это была моя идея. А в награду я надеюсь получить самое меньшее несколько дополнительных титулов.

– Ты, как брат короля, будешь принцем, – сказала Фреда. – Этого достаточно.

– Как насчет эрцгерцога Эйбертонского? – предложил я. – И... хм... лорда Всех Болот?

– Уже лучше! – Эйбер рассмеялся. – А у нас есть болота?

– Вы ведете себя несерьезно.

– Нам еще нужно решить, где будет располагаться Эйбертон, – сказал я, пропустив ее замечание мимо ушей.

Эйбер взглянул на юг:

– А не во-он там? Я хочу видеть его из своих комнат в замке.

– Может, и там. – Я приставил ладонь козырьком ко лбу. – Спорим, он расположен сразу за лесом?

Фреда воздела руки, а потом сердито затопала прочь.

Мы с Эйбером расхохотались.

– Нет, нет и еще раз нет!

Я грохнул кулаком по столу, на котором в беспорядке валялись десятки набросков и чертежей.

– Мне наплевать, что там у вас творится – мулы перезаболели, работников всего половина или идет дождь из жаб! Работа начнется сегодня!

Двое надсмотрщиков, надзиравших за строительством, съежились под натиском моего гнева.

– Да, король Оберон! – пискнул один из них. Они поклонились и пулей вылетели из моего шатра.

Со времени нашего пикника на Колвире – так мы теперь назвали гору, на которой собрались возвести замок, – прошло три недели. Но начало строительства постоянно откладывалось из-за каких-то проволочек. Его механизм требовалось сперва сдвинуть с места, словно проржавевшее колесо... Кажется, мой гнев послужил достаточным растворителем.

Я встал и принялся расхаживать по шатру. Эйбер – он сидел, закинув ноги на стол, – хохотнул.

– Не вижу ничего смешного! – рявкнул я.

– А я разве говорил, что это смешно? – поинтересовался Эйбер. – Чем скорее я обрету настоящую крышу над головой, тем счастливее я буду. Я терпеть не могу дождь, терпеть не могу солнцепек и терпеть не могу жить в шатре. Если бы тебе не нужна была моя помощь в том, что касается чертежей, я жил бы сейчас в Селонике как нормальный человек.

– Ну так можешь валить туда, – сказал я, махнув рукой. – Все равно на сегодня особенных дел нет. Завтра, когда проспишься и избавишься от похмелья, возвращайся – посмотрим, что еще нужно будет сделать.

– О! Это мне дважды повторять не придется!

Эйбер подскочил и вылетел через открытый полог шатра.

Вздохнув, я вернулся в кресло, устроился поудобнее и начал заново просматривать сделанные архитекторами наброски. Меня что-то беспокоило в западном крыле, но я не мог сообразить, что же именно.

– Оберон! – В шатер вплыла Фреда. – Я хочу переговорить с тобой.

– Пожалуйста. Присаживайся.