Прапорщик. Назад в СССР. Книга 6

Кунград, Бейнеу, Гурьев… Не везде все прошло гладко — периодически встречались ремонтируемые участки, чуть севернее тянули новую железнодорожную линию. На протяжении всей дороги с западной части протянулась бескрайняя пустыня Каракумы, где гуляли вечные ветра.

В прошлый раз я проезжал здесь в компании пожилого человека, по фамилии Кикоть. Его просьба передать презент майору Ветрову была выполнена, но больше я об этом человеке ничего не слышал. Тогда я ехал в поезде в зимнее время года, сейчас же картина была иной. Было жарко, душно. Ветер поднимал рыжую пыль. Именно по этой причине, часть пути пришлось ехать с закрытыми окнами.

Весь спектр запахов, что гуляли по пассажирским вагонам, передать просто невозможно. Это и несвежие носки, и запахи пота, рыбы, водки. Жареной курицы, пыли, креозота. Последний, кстати, ни с чем другим не спутать."

"Вообще, на территории Туркменской ССР не было ничего особо интересного, чтобы туда мчались толпы туристов. Ну, особенно учитывая, что это была приграничная территория с Афганистаном, где уже который год шла война. Да и этим маршрутом туристы не пользовались. Вследствие этого, детей в поезде было мало, да и те только местные и постарше. А ведь именно от них больше всего шума, независимо от времени и места. Ну, еще от шумных дембелей, что окончили службу в ОКСВА и теперь возвращались домой. Кто-то с шумом, кто-то по-тихому. Служба у всех была разной, кто-то в штабе отсиделся, а кто-то по горам скакал, духов гонял.

Нам с майором повезло, места попались нижние, да и сам вагон оказался полупустым. До самого Бейнеу попутчиков у нас не было, но из-за того, что вагон был плацкартным, ехать в тишине и спокойствии не получилось. Пару раз у нас проверяли документы и очень удивлялись, когда требование выполнялось.

Пока ехали, мы с Кэпом разговорились на темы, которые ранее не поднимали.

— Макс, а у тебя сестры или братья есть? — спросил Игнатьев.

— Нет. По крайней мере, тех, о которых бы я знал.

— А у тебя? Или может быть, дети?

Кэп был старше меня лет на восемь, ну, по моим расчетам. Официально, я никогда не спрашивал, а сам он не рассказывал.

— Брат в Москве есть. Но я с ним почти не общаюсь. И дети тоже есть. Жена с маленьким сыном, в Волгограде.

— А сколько сыну?

Игнатьев вдруг вздохнул.

— Да я и не знаю… — мрачно произнес Кэп. — Около двух лет, а я его только один раз и видел, сразу после рождения. Ванькой назвали. Потом служба, командировки… Про отпуск я уже и забыл. Супругу я очень люблю, но поделать ничего нельзя. И конечно ее это совершенно не радует. Все общение только письмами, или редкими звонками, чуть ли не раз в полгода.

Конечно, все это было мне очень знакомо — у самого такая же жизнь была. И семья так же развалилась, не дождавшись меня из очередной командировки.