Практикум

Или банник решил перейти на другие затуманивающие сознание вещества? В его-то возрасте. В любом случае, легче было послушаться банника, чем объяснить почему нет. Я принялся лениво одеваться, завистливо глядя на спящую группу. Почему одним все, а другим Потапыч?

Банник повел меня прочь из общаги, прямиком на мороз. Точнее, для меня-то погода нормальная, это для Потапыча она была сравнительно похода на Северный Полюс в одной футболке. Но мой приживала и не думал прятаться. Он лишь пересел с иглы моего неодобрения на мое же плечо. И теперь показывал, куда нам стоит держать путь.

Комсомольск ближе к центру города был не менее уныл, чем на выселках. Складывалось ощущение, что я перенесся лет на двадцать назад — потертые старые вывески, облупленные фасады, старенькие машины.

— Вот, — наконец ткнул взбудораженный Потапыч в одноэтажное здание.

— Городская баня номер один, — прочитал я. — Держу пари, второй тут просто не существует. Это и есть то место, где дела делаются?

— Пойдем, быстрее, быстрее, — поторапливал меня Потапыч, в подтверждении своих слов, ударяя пятками по груди. Тоже мне, нашел коня.

— Ну пойдем, — взялся я за массивную деревянную ручку.

Из крохотного окошка высунулась старушка. Но посмотрела сквозь меня, на скрипнувшую дверь. Ага, судя по всему, на всю группу наложили Отвод глаз. Видимо, так было дешевле. Интересно, что будут делать «оборонники», если нас действительно закинут в большой город?

— Туда, — повелительно указал банник.

— Потапыч, ты извини, но там вроде для женщин, — сверился я с табличкой.

— Иди давай. Нет там никого, кто с утра в баню ходит?

— Мы, судя по всему, — толкнул я еще одну дверь.

И оказался в длинной раздевалке, которая не видела ремонта явно со дня основания бани. Тут даже шкафчиков не было, просто скамьи и вешалки над ними. И, кстати, Потапыч ошибся — пара стопок вещей все-таки оказалась. Нет, многие мальчишки мечтают увидеть голых женщин. Но судя по сложенной одежде, внутри будут совсем не молодые студентки.

— Потапыч, может, не надо.

— Надо, хозяин, надо, — спрыгнул на пол банник и скрылся за очередной дверью.

Скрепя сердце, пришлось следовать за ним. Я даже на всякий случай приложил ладошки к вискам, на манер шор. Чтобы не увидеть то, что меня шокирует. Так, это, судя по всему, помывочная. Длинный ряд душевых с постаментами, облицованных голубеньким кафелем, жестяные тазы. Еще дальше виднелась последняя, дверь, где, видимо, и происходило самое интересное.

— Ай! — раздался оттуда женский голос.

— До обожглась опять. Будто специально кто тазик под руку поставил.

Дверь распахнулась, обнажив моему взору первый ярус парилки. Слава богу, именно у входа никто из посетительниц не стоял.