Практикантка доктора Соболева

Но и пару шагов сделать не успела, как тазик у нее из рук бесцеремонно вырвали, а на поясницу слишком уж близко к заднице требовательно надавила горячая ладонь, направляя к умывальнику

— А что не мешок сразу тащишь, Люб? Ты что из этих? С конями и избами? — насмешливо фыркнул Сергей ей в самое ухо, отчего по телу тут же прокатилась волна трепетных жарких мурашек.

— Так, а на кого надеяться одинокой женщине, Сергей Иванович? — томно пропела Люба, изо всех сил пытаясь не улыбаться от уха до уха, — Избы сами не тухнут, кони не останавливаются. Вот думаешь, что хоть разбудят вовремя, ан нет…

Люба сверкнула глазами и попыталась забрать тазик обратно.

— И даже этого не дождешься…

Сергей сощурился и недвусмысленно убрал наполненную овощами миску от неё подальше, а пальцами крепче перехватил талию. Заулыбался.

— Думал, устала, — обронил хрипло, снова наклоняясь так, что его дыхание защекотало Любин висок, — Да и так сладко спала…

Люба вмиг покраснела, не выдержала и отвела взгляд. Только губы расползлись еще шире.

— Ты за себя говори, Серёж, — зашептала едва слышно, хитро поглядывая на идущего рядом Соболева, — Сам и устал, а на меня сваливаешь…

— А ты нет? — вскинул он бровь.

— А я нет! Я бы может и ещё… Дай сюда! — и, рассмеявшись, резко потянула тазик на себя, всё — таки выдернув из рук опешившего начальника.

Сереге ничего не оставалось, как, прислонившись плечом к сосне и достав очередную сигарету, зачарованно смотреть, как Люба ловко обтирает помидоры. Даже это у нее как-то необычно и очень уж ладно выходило.

— Сейчас позавтракаем и сразу домой поедем, слышишь, Люб? — тихо приказал Соболев, выпуская сизую струю сигаретного дыма в бок.

Люба на секунду замерла, а потом продолжила мыть помидоры.

— Да, — ответила, не поднимая головы.

* * *"

"На обратной дороге бойкая Люба, попереписывавшись с кем-то в телефоне и пытаясь незаметно спрятать от Соболева экран, неожиданно притихла, отвернулась, откинув голову на подголовник, и устремила задумчивый взгляд в окно, рассеянно следя за проносящимся за ним однообразным пейзажем. Сергей не мог на Вознесенскую не коситься. Едва уловимая полуулыбка на розовых губах, светлые локоны, струящиеся по покатым плечам, мягкий свет ореховых глаз. В солнечных лучах, льющихся сквозь лобовое, Люба казалась ему одновременно до боли близкой и нереально далекой. Вот рядом сидит, податливая и нежная, и в то же время будто и не с ним вовсе. Удивительно… Как пытаться воду в руках удержать. И потрогать можешь, и отпить, а всё равно утекает, хоть вроде бы и всё время перед тобой. А самое удивительное было в том, что внутренний мандраж всё не желал проходить, как обычно бывает после первого секса. Потряхивало до сих пор так, будто им всё только предстоит.