Практикантка доктора Соболева

Порывисто подалась к Любе через стол, поймала её руку, заглядывая в потухшие ореховые глаза, — Люб, Соболь только в одном прав. Глупостей не делай- не уезжай! А так дурак, ясно? Была б я мужиком, я б тебя вообще б из дома не выпускала и к батарее пристегнула, мало ли…

Люба от такой дикости впервые за последние часов двадцать искреннее рассмеялась. Громко и заразительно.

— Ой, ну да, вот прямо к батарее, — вытерла набегающую влагу в уголках глаз. Отпила кофе, — Если серьёзно, Зой, то у меня же на следующей неделе две смены осталось и всё, каникулы…Я до этого думала тут остаться и может отдохнуть куда-нибудь съездить. А сейчас нет. Поеду за Сашкой в Краснодар. В училище его соберу…

Люба судорожно втянула воздух, отводя от Зои рассеянный взгляд.

— У мамы погощу… — тихо продолжила, — В общем есть у меня время до сентября подумать, и я подумаю…Если надумаю остаться там — в конце августа вернусь и документы заберу. У Николая связей куча- устроит меня и в Краснодаре за день без проблем. А эту квартиру сдавать буду. Не хочу продавать. Пусть Сашке остаётся. Вот так…

Солёный ком подступил к горлу неожиданно и бесповоротно. Люба резко встала и понесла свою чашку к раковине. Включила воду и начала её отчаянно тереть, будто там не кофе был, а сажа с жиром вперемешку.

— И когда же ты уедешь? — как-то обреченно поинтересовалась Городецкая.

— В четверг следующий, я утром уже билеты купила.

— Как в четверг? Я ведь завтра в Берлин, вернусь только в субботу. Это что же, я приеду, а тебя не будет уже, Люб?

— Получается, так, — Вознесенская всё-таки открыла холодильник и достала оттуда остатки торта после вчерашнего Сашкиного дня рождения. Постояла- постояла и взяла ещё и початую бутылку белого вина. Ну и что, что и двенадцати нет…Воскресенье…

— Так, стоп. Так это и Сереги не будет?

— Получается, так, — ровным голосом повторила Люба, ставя перед подругой пустой бокал.

— Лю-ю-юб… — осуждающе протянула Зоя, исподлобья смотря на равнодушную маску на лице Вознесенской. Та, делая вид, что не замечает сверлящего её взгляда, спокойно разлила по фужерам вино, разложила торт по тарелкам, не торопясь, села напротив Городецкой, и только тогда посмотрела прямо в глаза давней подруге.

— Зой, если ты думаешь, что Соболеву так важно помахать мне ручкой в терминале аэропорта на прощание, то подозреваю, что ты сильно ошибаешься. А я никому ненужную сырость разводить не хочу…Ну, за правильные решения, да? — и подняла бокал, дернув уголок губ в подобие улыбки.

— Дай Бог, чтоб правильные, конечно…За них, — проворчала Городецкая, чокаясь.

27.

Протяжные гудки в трубке заставляли сокращаться сердечнную мышцу в такт. Сергей покосился на настенные часы, показывающие без пяти десять, и отточенным движением выбил из пачки сигарету.