Практическая романтика

Тебя неправильно информировали. «Грёзы» — это не наш отель, и каждый в городе знает, что побережье практически разделено надвое — Керны направо, Раевские налево. В смысле, всё восточное направление — это не ко мне, это скорее к Герману. Скинуть номер? — он несколько секунд подумал. — Хотя он просто проржется, даже слушать не станет про твою сестренку… Ну если только твоя сестренка не топ-модель. Она не топ-модель?

— Нет.

— Тогда советую даже не соваться. Герман козлина, сбить с толку его можно только о-очень длинными ногами. И то ненадолго. И то, если сестренку совсем не жалко. Я бы ему свою сестренку не доверил. Собственно, каждый день благодарю судьбу, что у меня ее нет.

Мне он уже нравился! Они точно лучшие друзья? Я невольно начала улыбаться:

— Именно поэтому я и звоню тебе, Юра. Ни за что не решилась бы тебя беспокоить, но ты сам сформулировал очень верно. Боюсь, тут или с твоей помощью, или вообще никак. Видишь ли, для нашего с сестрой положения практика в «Грёзах» — это за гранью мечты.

— Не знаю, могу ли я что-то сделать… — он обрадовал хотя бы тем, что все еще не послал, а всерьез задумался. — Слушай, Ульяна же, да? Давай для начала попробуем…

И всё, в трубке вдруг повисла тишина. Повторный набор подсказал, что сбылось самое пессимистичное предсказание, и прямо сейчас продолжить разговор не получится. Я, честно говоря, увидела надежду — судя по всему, с Юрой можно поговорить об этом и завтра. Но Верочка вдохновилась до надежды совсем другого уровня: она подскочила на месте и завизжала от счастья:

— Мы были правы, он все устроит! Только надо ковать, пока горячо! Поезжай туда и добей!

— К… куда?

Верочка вытаращилась на меня, как на полоумную.

— Ты почему такая медленная-то, Ульяна? Неужели у тебя весь мозг на учебу израсходовался, а на жизнь ничегошеньки не осталось? Тебя же прямым текстом пригласили — к учебному центру на перекрестке Маркса и Теркина. Занятие длится не больше часа, скорее всего, как раз успеешь собраться и спокойно доехать. Так даже лучше. При личной беседе куда больше шансов разжалобить и убедить. Ты ведь в лицо Раевского знаешь?

— В… видела.

— Ну так и чего расселась? Вставай скорее! Надо успеть накраситься.

Я кое-как ожила:

— Это еще зачем? Я же не крашусь.

— Один раз нужно — тебе же разжалобить и убедить… Хм, кстати, никогда не замечала, какая ты у меня симпатичная… Ну, не в полном смысле этого слова, возрадуемся, что хоть все части лица на месте. Сейчас немножко глазки подчеркнем, ты кого хочешь потом в «Грёзы» устроишь!

До меня дошло, что я не просто убеждать Юру должна, а практически обольщать.