Практическая романтика

Но прозвучало так, как будто я тебя использую только для прикрытия.

Он ответил почти устало:

— Все всех используют, Ульяна. Но я бы хотел, чтобы ты продолжала использовать меня. Потому что ничего в моем отношении к тебе не изменилось, разве что в лучшую сторону.

Его улыбка сгладила какую-то едва уловимую остроту. Но незаметно скребло. Нет, сейчас я сижу рядом с ним на заднем сиденье такси не из-за какого-то прикрытия. Хотя тогда, в самый первый момент, когда он за столом предложил встречаться, я была благодарна до восторженных криков. Ладно, назовем это использованием, хоть и с большой натяжкой. Но тогда в чем он использует меня? Ведь вижу — он не сходит с ума, держится не то чтобы на расстоянии, но слишком сильно границ не нарушает. Только потому, что мы подходим друг другу, как два пазла? Вопрос так и повис в воздухе.

Но он тоже в это время о чем-то думал. Не зря же задержался возле моей двери. Я уж на всякий случай испугалась, не обдумывает ли Юра всерьез шутку о переезде ко мне, — я к такому вообще готова не была! Но нет, он с улыбкой демонстративно поднял руки и убрал их за спину, наклонился и поцеловал. И я с той же улыбкой ответила на его поцелуй: мы будто вот так мягко, без напора и ломающихся границ, запросто стирали между нами недомолвки. Целовались, пока со стороны лифта не послышался смех девчонок. Демонстративно подождали, пока все разойдутся по комнатам, пропустили мимо Германа, а потом снова вернулись к своему замечательному занятию.

— Знаешь, Юр, — я оторвалась от него и не могла унять улыбку. — Помнишь про желание? Так вот — я тебе его возвращаю, ты тогда его использовал для помощи мне, это нечестно.

— О-о, — он деланно округлил глаза. — Рискованно. Особенно когда ты в таком потрясающем платье.

— Я полагаюсь на твое благородство, мой рыцарь, — я чуть присела и даже ресницами хлопнула — вот к чему приводит общение с Кристиной!

Юра рассмеялся и кивнул:

— Ладно, договорились. Видимо, я все делаю правильно, раз ты не опасаешься мне такой инструмент выдавать.

— Вообще не опасаюсь.

Я долго не включала в комнате свет. Хотелось подольше побыть в «потрясающем платье», которое завтра нужно незаметно передать Мишелю, и продержаться в этом дне. Стояла и думала. О Юре, конечно. О том, что вообще ничем не заслужила настолько замечательного парня. О том, что действительно не жду от него подвоха. И о том, как сильно он мне нравится. И в то же время я не Верочка — у меня не сносит крышу, я не превращаюсь в полную идиотку, не растекаюсь лужей от одного взгляда и не начну унижаться ради этой симпатии. Интересно, каково это — хоть на минуту стать обезумевшей Верочкой? Да нет же, какое счастье, что это не про меня!

Со следующего дня зарядили дожди.