Прайс на мою студентку

Так ведь, герр Шайгер? Через три месяца ты же будешь готов отпустить девчонку на все четыре стороны?

Снова засосало под ложечкой, я обреченно оглянулся и посмотрел наверх, в окна квартиры, где чучело наверняка в смятении стояло над подругой и сжимало баллончик.

Ну куда я ее, нахрен, отпущу? Вот в этот поганый мир? На это дно? Думая каждую минуту, кто дерёт сейчас Ленку вместо меня?

Нет, нахрен. Придется придумывать запасной план, чтобы в новый год отпустить ее и больше не мучиться угрызениями совести.

Мутер с Гансом хохотали.

— Вам… смешно?! — я не мог понять, что в ситуации с Лилей и Леной такого смешного. Готов признать, что выходка с извинением довольно забавная, но не то, как клочки выбеленных волос летали по саду.

Надо отдать Лене должное, она не смеялась. Сидела скромно за столом, потупив взгляд и розовея от смущения. Наверное, после потрясения с подругой я выбрал не самое удачное время для работы над ошибками, но уже с понедельника начну свою работу над ошибками, а в среду открытие учебного года.

— Я просто предполагала нечто подобное, — смешливо ответила мутер. — Ваша сделка с её молчанием могла бы сработать, но не с ее характером!

— У меня подругу избили, — вдруг очнулась Лена.

Смешки резко прекратились.

— Ах, да. Еще мы вчера госпитализировали ее напарницу, — я поморщился, выуживая из памяти вчерашние события. — Изнасилование, избиение, ожоги. Внутренние повреждения…

— Так жалко её, — вдруг хлюпнула носом Ленка. И вот по ее щекам уже потекли слёзы, рот искривился, а мутер поддалась вперед, обхватывая девчонку, прижимая к груди, нашептывая что-то утешительное.

— Её вылечат, — попытался остановить я этот поток слёз.

— Уйди, — отмахнулась мутер. — Бедненькая моя… Поплачь, но не жалей. Чем бы ты смогла помочь? Андрюшенька уже помог. Девочку вылечат. А ты чем? Была бы там, и тебя избили…

— Идите, — отпустил меня Ганс, видя, как меня начинает потряхивать от женской истерики. Вчера Лена держалась молодцом, ни разу не хныкнула, сразу же ушла в свою комнату спать, а сегодня ее вдруг развезло.

— Д-да… Я, пожалуй, пойду… У меня три общежития. Инспекция… Её из дома не выпускать!

Весь день так и бегал по корпусам, проверил жилые и учебные, провел совещание с преподавателями, где еще раз обсудили график и возможные замены. Конечно, потом будет время утрясти мелкие и нерешенные вопросы, но все знали, как я люблю порядок и полную готовность к срокам, поэтому терпели.

Вечером из круговерти проблем вырвал звонок Баграта:

— Дай угадаю — в академии.

— Лично перестраиваешь лестницы?

— Ха-ха. Да не очень. Сегодня воскресенье, вообще-то.

— Поехали, выпьем в баре, поговорим.

— Я не ужинал. И не обедал.

— Тогда в кафе. Я знаю отличное кафе, там просто отпадная кухня. Заеду за тобой.