Прайс на мою студентку

Нажал на звонок домофона, поднялся на лифте к двери, она распахнула, демонстрируя свой новый комплект белья и провокационно коротенький пеньюар.

И вот тут в нашей традиционной встрече впервые что-то пошло не так…

Только переступив порог, я отшвырнул цветы, конфеты и освободившимися руками обхватил девушку и зажал у стены. Возбуждение охватило моментально от прижатых ко мне выпуклостей, от запаха интимного мыла на коже, от горячности любовницы и не сдерживаемых стонов и вздохов.

И в первый раз все произошло быстро и бурно. Впервые не в спальне на постели, а в прихожей у стены. Я пришел в себя и уже приготовился выслушать упреки за неоправданный темперамент.

— Вау, Андрей, — выдохнула моя девочка, — не знаю, что на тебя нашло, но я не прочь повторить!

Я усмехнулся, аккуратно опуская ее на ноги и поддерживая, чтобы не рухнула на пол. Сам не знал, что на меня нашло. Наверное, цвет раздражает.

Второй раз неспешно продолжил в постели. Всё как обычно: ласки, секс, душ. И девушка стонала, охала, дрожала… Но только как-то не так, иначе. Фальшиво. А я даже не знал бы об этом, если бы не взял ее там, в прихожей, у двери.

Немного обозленный, откинул полотенце, натянул джинсы и прошел на маленькую уютную кухню.

— Чай или кофе, дорогой? Пойду соберу конфеты. Рассыпались по всей прихожей, — хохотнула любовница и упорхнула, сверкнув голыми бедрами.

Неторопливо оглядел кухню, маленький, но налаженный мирок, чей-то чужой уют, в который я регулярно вторгаюсь, но ему, этому миру, не принадлежу. Хотя он и существует за мой счет.

Она вернулась, точными отмеренными движениями поставила чайник. Без суеты, спокойно, без лишних движений и эмоций. И ведь именно этим она мне понравилась.

Бывшая аспирантка, которая с самого начала запала на меня, а я, чувствуя ее интерес, до последнего выдерживал между нами дистанцию. Зато потом, когда она сдала кандидатскую, я сделал первый жест навстречу, и крышу сорвало так, что мне пришлось оформить отпуск и уйти от дел, которые совершенно не задерживались в голове от бурлящей страсти.

А потом всё как-то успокоилось. Она стала моей содержанкой, а я все реже приходил к ней в гости. И теперь понял, что страсть прошла, а удобный механический секс для разрядки удобен только мне, а она, вследствие своей выгоды, отмеряет точные выверенные эмоции для меня.

Взаимовыгодный договор.

А я почему-то думал, что она все еще влюблена в меня. Не дурак ли?

— Садись я налью тебе?..

Тут я поймал ее вопросительный взгляд.

— Кофе, — подсказал я. — С коньяком.

Сел и поморщился от дискомфорта. Надо было надеть рубашку, но я почему-то в ванной решил, что останусь у любовницы на ночь. А теперь не хочу.

Я не хочу, чтобы на меня отмеряли эмоции, чувства и реакцию. Даже если я за это плачу.