Прайс на мою студентку

— Придется. Или я могу на корпоративе намекнуть, и твои вложения полетят к черту. Не честно? А кого это волнует? Я хочу выиграть!

— Пошел нахрен! И держись от нее подальше.

— Я тебя предупредил, — оскалился Тармуни и вышел из кабинета, громко хлопнув дверью.

И мне бы проводить своего бывшего друга, убедиться, что он вышел из академии, но меня потряхивало от разговора. В голове вертелись сценарии один хуже другого. Тармуни уже обработал дочь председателя, а Лиля имеет влияние на отца, о чем поведала мне, когда я провожал её до дома. Успел сунуться к мутер, и теперь она отслеживает каждый мой шаг и давит Ленку. Даже к моей глупышке подлез… Трахнуть? Ну как же! Тут он обломался, потому что не знает о ней ничего. Здесь он мне сыграл на руку.

Заложив руки за спину, я подошел к окну, отмечая зажигающиеся в сумраке фонари, и успокаиваясь от мысли, что сегодняшний день уже закончен, до выходных остается всего ничего, и если Ганс еще не забрал Елену…

Я сразу посмотрел на парковку в поисках семейного автомобиля и вздрогнул, увидев там машину Тармуни. Он все еще был где-то в академии. Зачем?

Вылетел из кабинета:

— Вера, Потапова сейчас в каком кабинете?

— Я откуда знаю, Андрей Оттович? Я за Потаповой не слежу.

Вера пожала плечами. Я помчался по коридору, на ходу набирая по телефону номер Елены. Паникёр? Определенно. Но после разговора с Багратом, я не сомневался, что он попробует добраться до Лены. Она трубку не снимала, зато пришел звонок от секретаря:

— Её группа на последней паре в четыреста четвертом «ц».

Черт, это другой корпус. Как давно вышел от меня Тармуни? Где он сейчас?

Куда бежать — в корпус, чтобы найти Лену, или на парковку, надеясь обнаружить там Баграта? Я искал его номер в контактах, кивая автоматически дежурным, сворачивая в сторону раздевалки.

Приглушенное ругательство, копошение среди курток и определенно девичье хныканье. Умом понимаю, что вряд ли там те, кого я ищу, но остановился, нажал кнопку вызова и вздрогнул, услышав звонок из-за копошащихся курток в раздевалке.

— Тар-рмуни! — зарычал я и кинулся на звук телефона.

Не разбираясь в ситуации, схватил соперника за шиворот, оттаскивая его от зажатой к стене Ленки. То, что там корчится именно она, не сомневался ни секунды. Запах раздавленных апельсинов и мяты разъедал нос.

— Мр-р-разь, — налетел на него, сбивая с ног.

За спиной подвывала Лена, я разрывался между стиранием угрозы и необходимостью убедиться, что она цела. Плачет — от боли? Избита? Вряд ли, рядом у входа дежурные, они подняли бы тревогу на звуки драки, как сейчас.

Меня оттащили от упавшего на пол, сжавшегося Тармуни. Глазами сразу нашел Лену. Испуганная, с заплаканным лицом, сидит на корточках, трусы на месте.