Прайм. Чужая земля

Архил споткнулся и мощно пропахал мордой землю, образовав полноценный затор в русле ручья. Я едва успел отскочить в сторону.

Туша монстра побледнела и вскоре вода освобожденно хлынула по привычному маршруту. На дне ручья виднелся небольшой мешочек с лутом. Почти не заметный на фоне ямы, оставшейся от Архила.

Несколько секунд я просто стоял, привыкая к давно забытому ощущению настоящей победы. Не ради спасения или возможности сбежать, а ради получения добычи и понимания своих сил.

Между нами было двадцать восемь уровней. Чудовищная и почти непреодолимая разница в условиях Прайма. Фракция Хомори обладала удивительными инструментами, которые превращали меня в очень опасного противника. И теперь я точно знал, что могу не только выживать, но и качаться в этом лесу.

По всей видимости, у популяции Архилов наступали тяжёлые времена. Я несколько раз перечитал описание полученного предмета и хищно улыбнулся. Значение рёва падальщиков снова изменилось в моем сознании. Теперь это был сигнал. Сладкая музыка, которая означала наличие в окрестностях ценной добычи.

Живые артефакты встречались чаще, чем те, которые росли вместе с хозяином. Вторые получали уровень одновременно со своим носителем и пропорционально повышали свои характеристики.

При этом такие вещи напрямую зависели от своего владельца. Игрок десятого уровня получал свои бонусы. Игрок тридцатого — свои. Если они обменяются такими предметами, то останутся при своём. Просто вещи повысят или понизят свой уровень, в зависимости от владельца. В этом был плюс такой экипировки. И в этом был её минус.

Бонусы были чётко определены изначально и не могли превышать определённый порог. Боты из Тёмных Вепрей могли служить до двадцать восьмого. Дальше рост прекращался.

Основным минусом "живых" шмоток была обязательная персонализация. Если ты надел что-то, то потом мог только выбросить или продать за бесценок торговцу. При этом опыта такой шмот жрал немеряно. Почти как четверть обычного игрока. Настолько замедлять свою прокачку никто не хотел.

Тем более, что "живчики" исчезающе редко входили в сеты. Я знал всего два. Оба на три предмета. И здесь была обратная ситуация, относительно растущих предметов — "клонов".

Клоны гораздо чаще, насколько это применимо в этом случае, входили в сеты. Вопрос сбора такого сета я сейчас в расчёт не брал. Иногда это занимало по целому году.

Живчики были одиночками, но потенциал их развития был выше клонов. В теории, живые предметы мог прокачать до восьмидесятого уровня даже новичок. Лет за десять…

Зависать на двадцатом ради этого не стал бы даже самый упоротый экспериментатор. Это была абсолютно безумная и глупая трата времени и ресурсов. И этому было довольно простое объяснение.