Позывной: «Колорад». Наш человек Василий Сталин

А где ж еще денежки брать на революцию?

– Так ты у нас революционер…

– Еще какой! – воскликнул Хрущев. – Я отошел от политики, когда состарился. Стал желчным, неприятным типом. И я всегда мечтал попасть сюда, в это время, чтобы изменить ход истории и повести страну к свободе и демократии! Мне было уже восемьдесят шесть, когда я узнал о секретной лаборатории хронодинамики. Головастые пацаны придумали, как перемещать «комплекс нейронных состояний», иначе говоря, сознание, во времени, и подсаживать его реципиенту. Сбыча мечт! Я втерся этим яйцеголовым в доверие и стал первым, как Юрий Гагарин, – с моего мозга списали КНС и приготовили все к переносу. Приготовился и я – перестрелял всех научников, чтоб не разболтали, заминировал все, повключал взрыватели и лег в биопсихомодуль. Как там все взрывалось, я уже не увидел, потому что очнулся в жирноватом теле Никиты Сергеевича…

– А чего ж сразу не Иосифа Виссарионовича? – усмехнулся Быков.

Хрущев, вернее, Сулима улыбнулся с долей превосходства.

– Я же не просто так устроил это… хм… переселение душ. Все было продуманно и просчитанно. Никита Сергеевич – лучшая кандидатура.

– И какой же у Андрийки Сулимы план?

– Двадцатилетний, как минимум! Сначала сплотим номенклатуру, поможем Сталину скончаться пораньше, расправимся с Берией, Молотовым, Жуковым и прочими верными сталинцами, вылезем из-под колпака «кровавой гэбни», станем неприкосновенными, обретем всю полноту власти!

– И чего вы добьетесь? – с холодным любопытством спросил Григорий, узнавая в плане «попаданца» свое реальное прошлое.

– Не я! Я могу и не дожить до победы демократии, но заложу основы, и уже дети партаппаратчиков завершат начатый мною процесс. Они попросту не захотят быть «совками». Отвратительная советская гусеница закуклится – и выпорхнет прекрасная бабочка! По всем расчетам, СССР распадется в 80-х или в 90-х годах, ему на смену придет свободное общество, чтящее частную собственность и права человека!

– Браво, – сказал Быков.

В это время щелкнула пуля. Она ударила в стороне, отбивая щепку от косяка, и Григорий решил, что у заговорщиков все пошло не так.

Почему и отчего, гадать времени не было, пришла пора действовать.

Сильно оттолкнувшись, он упал на пол и перекатился.

– Лови! – крикнула Галя.

Девушка стояла на коленках в соблазнительной позе и держала в руке его «Астру».

Быков поймал оружие. Лжехрущев тоже догадался о провале и бросился к дверям.

Две пули почти одновременно сразили его – одна из «Астры», а другая прилетела в окно. Вскинув руки, Андрийко Сулима рухнул замертво.

Прах к праху. Аминь.

– Василий! Не стреляй!

С облегчением узнав голос Судоплатова, Григорий ответил:

Вскоре Павел Анатольевич показался в дверях.