Позволь нам случиться

Так проще подобраться к Игорю. Но их уводят у меня из-под носа. Кто?

— Это второй вопрос? — успела влезть в его монолог.

— Не совсем. Я знаю ответ: Разумовский.

Тут я споткнулась, но быстро выровнялась и догнала шефа.

— А ему зачем?

— Вот второй вопрос. Зачем нахрен Разумовскому акции Игоря? И тут сплывает его связь с Кельмером-младшим. Перефразируем вопрос: зачем Жене скупать акции брата?

— Ну-у… Чтобы помочь? Профинансировать?

— Тайно? Скупщик действует через посредника.

— Через Разумовского?

— Нет, — Бергер резко остановился. — Женя нанял Разумовского, а тот скупает акции еще через одну прослойку. Они не хотят, чтобы Игорь узнал, что в скупке замешан брат.

Я кивнула. Логично же.

— А значит, Женя готовит не помощь, а подставу Игорю. Тем более это в духе Разумовского.

— Что в духе? — не поняла я.

— Быть подлым.

Я выдохнула. Тут ведь не поспоришь.

— Скажи, он тебе угрожал? Запугивал?

Я сбилась с бега:

— Ч-что?

— Мне ты можешь сказать правду, именно на ней строится доверие. Он тебя принуждал?

Я не знала, как отреагировать. Стас меня пугал до смерти, угрожал. Вот только все его угрозы и запугивания никак не относились к бизнесу или к Коле. А только ко мне — забитой и зашоренной жене.

— Я… Не…

Мы остановились, и теперь Бергер стоял напротив меня, явно сдерживая дыхание.

— Мне можешь сказать.

Но я не могла! Я не настолько доверяла мужчинам, чтобы сбежав от одного, тут же отдать себя в руки другого.

— Да. Было. И я ушел, как только подвернулась такая возможность.

Алексей кивнул.

— Подвернулась моя вакансия?

— Да.

— Коля, скажи… Разумовский тебя насиловал?

Эти слова как удар в солнечное сплетение. У меня закружилась голова и перед глазами поплыли цветные пятна. Я с трудом проталкивала в легкие воздух, задыхаясь и теряя равновесие. Кажется, Бергер подхватил меня и усадил на подстриженной лужайке, насильно впихнув в руки баллончик с водой, поднеся ко рту.



— Спокойнее. Отдышись."

"Не знаю, сколько прошло время, пока я не успокоилась настолько, чтобы заговорить.

— Да. Стас грубый. Но я больше не хочу вспоминать об этом и говорить не хочу.

Бергер молчал, сидел передо мной на коленях и всматривался в лицо. Потом легко встал и подал руку.

— Я вызову кар, доедешь до дома и займешься завтраком.

— Уши вам больше не нужны? — невесело усмехнулась я.

— Мне, возможно, понадобятся не только твои уши, — невнятно ответил он, тут же переключился на разговор по телефону, вызывая мне мини-машинку. — Не паникуй из-за Разумовского. Он близко к тебе не подойдет, пока я рядом.

— Правда?

Бергер не ответил, только стиснул зубы и заиграл желваками.

Как же я люблю этот его жест! Я верю ему, даже без прямого ответа.

Может так и рождается доверие?

Глава 11. Сбитая ориентация

Мысли злили.