Позволь нам случиться

Он снял часть наличными, а часть перегнал через оффшор, через несколько подставных фирм на счет бюрократа в Камбоджи.

— Чего? Зачем?!

— Да я-то откуда знаю? Данные на его получателя я скинул вам на почту. У меня всё.

Я сбросил Колю и почти сделал шаг к столу, когда снова наткнулся взглядом на Катю.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Всё нормально? Тебе что-то нужно, зая?

Она несмело покачала головой и молча протянула мне планшет с твиттером. Наверное, с таким видом в давние времена приходил гонец с плохими новостями, а еще полсотни лет назад дворецкий протягивал господину свежую прессу. Но в настоящее время я принимаю из ее рук планшет, предчувствуя, что новости мне не понравятся.

«Две шишки из Форбса сцепились друг с другом».

«Как происходит поглощение капиталов: из первых рук».

«Бергер против Кельмера — главное убраться вовремя и не оказаться между молотом и наковальней».

«Неужели между восьмым местом Форбса и восемнадцатым снова застряла девушка? Кельмеру не впервой е@$ть девицу на двоих».

«Кто бы мог подумать, что Бергеру снова будет мало! Он пытается компенсировать свой комплекс короткого члена?»."

"Я поднял глаза от планшета и от ретранслируемой грязи.

— Это дезинформация.

— Я знаю, Алёш. Это Стас. Он на такое способен. Специально стравливает тебя с Кельмером.

Я кивнул. Вот и ответный ход… Сучонок! Что же теперь делать?

Катя медленно, словно боялась спровоцировать мой гнев, стекла с дивана, подошла ко мне и обняла. Я отшвырнул планшет и сжал ее, чувствуя, как к раздражению и тревоге, примешивается горько-сладкий привкус еще хрупкого, но родного счастья.

— Я решу вопрос, не волнуйся. Мне надо поработать, Кать. А ты разложи гардероб, поужинай и отдыхай. Хорошо? Я должен решить пару вопросов и поднимусь к тебе.

— Алеш, поцелуй меня, пожалуйста?

Надо ли было меня просить? Нет.

Я тянулся к ее губам, чувствуя, как внутри уже свербит и поднимается желание. Ладно, за час ситуация хуже, чем есть, вряд ли станет.

Подхватив Катю на руки, я вернулся на диван и может чуть грубее, чем обычно, взял её, как всегда не встретив сопротивления. Только покорность и подчинение.

Она как-то отчаянно отдавалась, несмотря на мою резкость. Жалась ко мне, гладила, целовала, задыхаясь, но не отнимая губ.

Неужели думает, что именно она втянула меня в эту передрягу? Нет, конечно. Это все спланировано заранее, просто Разумовский решил скинуть концы на меня, отвлечь внимание Кельмера от главного действия аферистов. Но какого?

Как только мозги загрузили текущую проблему, стояк упал.