Случайно беременна, или Позволь тебя любить

В итоге Аврора улетела в Китай. Я удивился, что не в Антарктиду, ведь понятно же, что она хотела быть как можно дальше от Богдана. Сам же брат, когда мы восстановили ему все права и документы, придумав идиотскую сказочку с работой на органы, переписал почти все свое имущество на Аврору. Точнее, свои акции в семейном ресторанном бизнесе, что достались ему от отца.

Не знаю, надеялся он произвести этим впечатление на свою бывшую жену или же просто окончательно лишился мозгов, но ничего у него не вышло. Аврора просидела в Китае больше месяца и, кажется, не собиралась возвращаться даже на работу, тогда брат сам отчалил в азиатскую страну следом за ней.

Поиски Лии за это время замерли на мертвой точке. Сим-карта оказалась зарегистрирована на какую-то бабульку из провинциального городка. Естественно, Антон отправился туда вместе со своими людьми, но на Лию так и не вышел. Та бабулька понятия не имела, как у кого-то могла оказаться ее сим-карта, да еще и такая малюсенькая. Видимо, женщина до этого если и видела сим-карты, то только большого формата, для старых кнопочных телефонов.

С отцом же оставался один непроясненный вопрос, а именно его личные счета, о паре из которых я только недавно узнал. И это был минус мне. Так что отец все еще мог кого-нибудь подкупить, но пока он боялся компромата. Все же в тюрьму попасть он не горел желанием. Но и мне навстречу идти не хотел.

— Сначала приведи ко мне Яну, — артачился он. — А потом проси, что хочешь.

Я бы не пошел у него на поводу, если бы не сама мама. Она тоже хотела с ним встретиться. А потому я впервые воспользовался камерой, находящейся в его палате. Лишь для того, чтобы не бояться за маму, потому что отец был слишком спокоен в последнее время. Словно сдался. И в это совершенно не верилось, а скорее, наоборот, напоминало затишье перед бурей.

Запись выводилась мне на телефон, и я даже звук включать не стал, стараясь не переходить черту. Все же это их личное дело, их отношения. Но когда мама начала кричать, а затем размахивать руками, я все же включил звук. И то, что я услышал, разнесло меня на ошметки."

"Они говорили о Лие. Мама подбежала к отцу, начала затыкать ему рот, он же валил ее правдой о том, как нанял каких-то хачей изнасиловать и избить мою Кнопку, чтобы я ее больше никогда не захотел, а она осознала раз и навсегда свое место, а затем отец отправил уже своих людей, чтобы не осталось свидетелей. Он отшвырнул маму и грубо произнес:

— Увы, от девки избавились еще до приезда моих ребят.

— Замолчи!

— Зато мне есть чем гордиться. Сильного сына вырастил. Даже меня как лихо сделал, и никто ему мешать теперь не будет.

Отец рассмеялся, мама начала что-то кричать, потом даже бросалась чем-то в него, а я просто оглох и никак не понимал, зачем… зачем я это все услышал.