Позор рода, или Выжить в академии ненависти

Становится жарко, я привычно закатываю рукава и вдруг замечаю, куда Флейм смотрит. Выдох застревает в горле. Он смотрит на тот самый шрам от ожога, который остался после ночи, когда он убил отца.

— Мы должны удостовериться, — вдруг говорит Майрок, отводя взгляд от моей руки.

Судя по поведению Майрока, ему отвратительна сама мысль, что такая неудачница как я могу быть с ним связана. Не удивительно. Но радует, что в случае чего, именно с ним проще простого будет разорвать связь. Ведь и мне претит сама мысль о том, что мы истинные.

— Нужно проверить, — снова говорит он.

— Но как?

— У меня есть знакомый и у него есть истинная. Он описывал ощущения. Даже обычное прикосновение ощущается по-другому. Не говоря уж о большем.

Флейм уже трогал меня. Я бы даже сказала, что трогал непозволительно много раз.

— Не думаю, что такой способ проверки подойдёт… — отмахиваюсь я. — К тому же, ты же уже касался меня.

Едва я успеваю договорить, как Майрок встаёт со стула, нависает надо мной, склоняется ближе, и его рука стискивает моё запястье.

— Что ты чувствуешь? — его хриплый голос вползает в уши ядовитой змеёй, а от близости кружится голова.

К моему ужасу, он слегка ослабляет хватку и начинает пальцами гладить нежную кожу со внутренней стороны запястья. Движения осторожные и настолько нежные, что дыхание перехватывает, а мурашки стайками ползут по руке.

— Я… я… — собираюсь с духом и холодно договариваю: — Ничего. Немного тепло из-за твоей руки, и всё.

Я лгу, потому что примерно такие ощущения у меня всегда, когда Флейм касается меня. Даже если он делает это грубо. Дурной знак, но я всё ещё пытаюсь отрицать очевидное. Просто не хочу верить.

— Значит, ничего не чувствуешь? — лицо Майрока становится задумчивым, но он по-прежнему пальцами гладит мою кожу.

Я осторожно тяну руку на себя, пытаясь высвободится. Меня топит в незнакомых и будоражащих ощущениях. И больше всего бесит, что это из-за него! Эти чувства и ощущения должны принадлежать кому-то другому. Но не Флему! Между нами такое не должно быть. Он убийца! Ненавижу!

— Ах, — выдыхаю я, когда Майрок внезапно поднимаю мою руку и прикасается губами там, где секунду назад были его пальцы.

Я замираю, хватая ртом воздух. Внизу живота разливается тепло, а дыхание срывается вместе с сердцем.

Ещё мгновение и его губы касаются того самого маленького шрама, который он заметил чуть раньше. Я чувствую горячее прикосновение его языка, и у меня будто срывает крышу. Все ощущения обостряются.

И это становится последней каплей.

— Пошёл ты, — я резко вырываю руку, бросаю книгу на стол и пячусь к лестнице.

Майрок не останавливает меня, просто молча наблюдает, как я трусливо ретируюсь, пытаясь сбежать от проблем.