Позор рода, или Выжить в академии ненависти

Но в жизни каждого дракорианца есть нечто большее, чем чувства. Это долг.

Пусть в моём роду все о нём забыли, но я нет. Я не забуду.

Надев последнюю серёжку, я перевожу взгляд на Майрока. Он ждёт от меня чего-то. Но чего? Я не готова ему ответить. Да и вряд ли буду когда-либо готова.

Я кладу руки на стол и закусываю губу:

— Дядя забрал кулон Кассии, Майрок. Я уверена, что это он виновен в её смерти.

* * *Дорогие читатели! Вдруг так случилось, что вам нравится книга, а вы забыли поставить ей лайк?)))) Это можно сделать на странице книги, как на скрине ниже!) Мне будет очень приятно ❤️

Глава 22. Тьма, из которой нет возврата

— Мы с тобой это уже обсуждали, — Майрок слегка прищуривается, его тон строгий и жёсткий.

Он не хочет разговаривать о моём отце. Я понимаю, что сейчас могу с лёгкостью разрушить хрупкую связь, возникшую сегодня между нами. Но молчать не могу."

"— Зачем он тогда забрал его? Скажи! — напираю я с толикой отчаяния в голосе. — Зачем? Ты бы видел лицо Оскара. Он испугался так сильно, что практически сбежал.

Майрок качает головой:

— Ты просто пытаешься всеми силами оправдать отца. Я могу допустить, что Оскар всё знал и был в сговоре с твоим отцом. Но что Джозеф ничего не знал — нет, не могу.

— Я смогла запечатлеть эмоции дяди, они говорят о том, что он до безумия испугался, Майрок.

Он снова пожимает плечами:

— Оставь это. Я сам верну кулон и заодно поговорю с твоим дядей.

В груди становится пусто и горько. Я киваю, выдавливая улыбку, меня накрывает апатией. В голове звенящая пустота.

— Эй, — Майрок внезапно накрывает тёплой ладонью мою холодную руку. — Перестань думать об этом. Нужно жить дальше, Медея.

— Все мне так говорят — нужно жить дальше, — эхом повторяю я, глядя на наши руки.

Смуглая кожа Майрока контрастирует с моей молочно-белой. Я закусываю губу, когда он пальцем невесомо оглаживает моё запястье. Дыхание тут же учащается. Смогу ли я когда-нибудь чувствовать нечто подобное с другим мужчиной?

Майрок что-то заказывает, в том числе и мне. Я доверяю ему выбор, потому что абсолютно не представляю, что мне могло бы понравиться в таком заведении? К своему стыду понимаю, что даже названий большинства блюд я не знаю.

В какой-то момент приносят нечто странное в графине. Жидкость льдисто-голубого цвета кажется мне странно знакомой. Кажется, такое пил отец. И это совсем не сок, как в столовой нашей академии.

— Это что-то из крепких напитков? — спрашиваю я, вытягивая шею и прищуриваясь.

Майрок кивает, неторопливо протягивает руку, чтобы налить мне.

— Я не пью и категорически не одобряю, когда кто-то это делает, — протестую я, отбирая у него свой бокал.

— Душнила, — хмыкает Майрок, наливая себе. — Я же тебя не заставляю. Расслабься уже.