Поздравляю,ты допрыгалась

«А ведь советы работают» — радовалась, наблюдая за тем, как темнеет взгляд Чеха, как меняется его дыхание и шевелятся крылья носа, как руки прячутся в карманах брюк.

Перестаралась…

Самир ринулся за мной в номер, глаза горят безумным огнем. Мое тело предательски реагирует на его присутствие. Я ощущаю, как жар растекается по коже, как он спускается к низу живота. Играю с огнем, но так хочу обжечься…

Лея, останови его! — мысленно приказываю, а в голове ни одной идеи. Если я сейчас уступлю, Чех потеряет интерес и появится еще одна мисс «оливье», потом другая…

— Меня тошнит! — озвучивал громко первую пришедшую на ум идею и бегу в уборную. Закрываюсь. Включаю воду и прикладываю мокрые ладони к горящим щекам…

— Лея, открой! — дергает Самир ручку двери.

Пронесло… Поцелуй меня Чех, я бы не устояла! Почему я так на него реагирую?

— Лея, открой? Что с тобой? — мне нравится, что он не безразличен, даже напуган, но волновать дальше Самира не стоит он уже пытается вырвать замок.

— Резко затошнило, но уже отпустило, — кричу из-за двери.

— Наверное, съела что-то не то?

— Вряд ли я беременна, — отшучиваюсь.

Я не спешу выходить. Мне самой надо успокоиться. А то соблазнительница, чуть не стала жертвой. Маловато у меня опыта, надо чаще практиковаться, желательно в людных местах.

Выхожу, номер пуст. Что-то недолго длилось его беспокойство!

****** *******

У меня приподнятое настроение. Я уже два дня не хожу, а летаю — наконец-то мы возвращаемся в Москву. Валиду провели еще одну операцию. Благо, что сепсиса у него нет, поэтому он быстро идет на поправку.

Мы летим с Петром он самовыписался. Самир на несколько дней еще останется с братом.

Наверное, хорошо, что нас будет разделять расстояние. Эти дни были мучительно сложными. Я продолжала придерживаться своей тактики. Соблазняла, но близко к себе не подпускала. Как только видела бешеный огонь в глазах Чеха, тут же отступала. Он каждую ночь проводил со мной в постели, был уверен, что я крепко сплю, а я то раскроюсь во сне, то прижмусь к паху ягодицами.

Вот это выдержка… Конечно, попробовал бы он нарушить границы, я бы подняла шум, но все равно в душе желала, чтобы он сорвался. А Чех лишь зверел. Настроение его портилось с каждым днем. Он даже запретил мне навестить Валида, когда тот пришел в себя. Отыгрывалась я за свои обиды. Пока я полгода страдала, он развлекался со всякими мымрами! Одного его желания мне мало, я хочу, чтобы этот сухарь проявлял больше чувств!

В аэропорту люди Самира нас встретили прямо у трапа.

— Лея, будешь скучать по тайге? — спросил Петр, когда мы подъезжали к дому Чеха.

— Я уже скучаю. По закатам и рассветам, по чистому воздуху пропитанному сосновым ароматом, по свежим ягодам, по Сохатому… — он улыбался слушая меня.