Позднорожденные. Том 3

— Дрожу от ужаса, Шедар Макидарский, чьи подвиги троекратно воспеты менестрелями. Ах, да, не было же никаких подвигов. То, что ты трахаешь смертных девок, не есть подвиг, если ты не знал.

Шедар, заледенев, молчал.

— Что? Слушки доходят и досюда, маленький брат.

— Не тебе меня судить, предавшая клятвы.

— Не болтай о чем не знаешь, позднорожденный!

— О, Владычица лесов... — Нилан вдруг взял и поставил Софи ровно между Шедаром и Сциной.— Так. Вот София. Она смертная. И если вы ее зашибете, Линару конец. Это ясно?

— Не говори со мной как с идиотом! — прошипел Шедар и, отвернувшись, стал смахивать щепки с футболки.

— Значит, эта смертная подружка Шахране? — Сцина нагло смерила Софи взглядом с ног до головы. — М-да, да тут и у меня были все шансы. Ты самая страшненькая ханти, которую я только видела, цветочек.

Софи прыснула. Это можно было расценить как оскорбление, но сказано было так спокойно, размерено и искренне, что больше походило на комплимент.

— Спасибо, — сказала Софи с ухмылкой.

— О! — Сцина ткнула в нее пальцем. — Смотри как нужно принимать иронию в свой адрес, детка. — Она мотнула головой, показывая Шедару, мол, учись.

— Лучше не говори со мной, — сквозь зубы процедил он.

— Было бы о чем, — ядовито откликнулась Сцина.

Нилан закатил глаза.

— Софи, разреши представить — знаменитая Сцина Макидарская, Непримиримая дочь, Клинок…

— Заткнись, Нилан! — скривилась Сцина.

— Когда-то эта милая дама была Кайране Макидара.

— Очень давно, — пробурчал Шедар.

— И восьмым перстом Кайране Эльтана. Лишена всех титулов, так как стала линьяр.

— А кто бы не стал, а? — она подошла и пожала Нилану руку как старому приятелю. — Выглядишь кошмарно, — покачала головой.

— Это пластика. — Нилан дотронулся до морщин в уголках глаз. Софи на мгновение показалось, что он смутился.

— Я про твою красивую кофточку, — она дернула его толстовку с эмблемой Сланденовских гончих. Нилан усмехнулся.

— Ага-ага, — Сцина подхватила упавший стул и оседлала его.

На ногах у нее были высокие кожаные сапоги с множеством ремней, похожие на краги для верховой езды. Под кожанкой виднелась драная майка. Софи краем глаза поглядела на Шедара. Интересно, эти непримиримые родственники заметили, что одевались они неуловимо схоже, в этаком роковом стиле. У Сцины тоже серебрились в ухе (очень даже округлом ухе) серьги. В основном колечки с небольшими подвесками. Их было куда больше чем у Шедара, просто все ухо было утыкано.

Белесый мутный глаз эльфийки притягивал и одновременно отпугивал, придавая облику что-то мистическое, ведьмовское. Софи не знала, как смотреть ей в глаза, чтобы не пялиться.

— Что у вас с глазом? — спросила она по наитию. Почему-то казалось, что изображать вежливость перед такой особой, последнее дело. Сцина усмехнулась.