Позднорожденные. Том 3

Что людской обслуживающий транспорт — патрульная машина или дорожные рабочие, сообщат, о том, что дорогу незаконно перегородили и тогда люди станут искать виновных. Нужно было убрать блоки, и сделать так, чтобы заехавшие сюда по ошибке люди при первом взгляде на жителей не видели в них эльфов.

— Еще рано отгораживать дороги, Шахранэ. Это время придет, но еще рано. Убеди их. Или все это кончиться плохо, — сказала Линару Сцина, когда они снова собрались поужинать вчетвером. Шедар оказался забавным собеседником и, в отличие от Линара, очень стыдясь, но признался, что ему нравится людская рок-музыка. Софи порадовалась, обсудила с ним любимчиков, они даже поклялись сходить на какой-нибудь концерт в Риттоне, если в это захолустье нагрянет хоть кто-то достойный.

Не то чтобы Софи забыла, как Шедар фактически изнасиловал беднягу Фелис. Да, он был ужасен со смертными женщинами в прошлом, но сейчас, может быть из-за этого, был с ней подчеркнуто вежлив. Софи чувствовала, что он скован, словно стыд за допущенные промахи так и не мог быть забыт.

У Софи не было желания напоминать ему о прошлом. Ее маленький круг и так состоял из троих, не хватало еще грызться из-за старых обид. Да и перед лицом действительно страшного будущего, Софи было уже все равно. Она с трудом помнила лицо Фелис, зато помнила, что она сама спровоцировала Шедара слишком откровенной одеждой и кончила с ним четыре раза. Значит, не так уж он был ей отвратителен. Фелис была мертва. И ее убил не Шедар, а Линар. Тот, с кем Софи спала каждую ночь, за которого сама готова была умереть и убивать. Так что она могла предъявить Шедару? Ничего. Оставалось признать, что Нилан сто тысяч лет назад был прав: одними она уже была готова пожертвовать ради других. Жизнь расставила все по местам.

Шедар Макидарский вошел в ее круг. Он стал своим. Рискнул жизнью, чтобы спасти Линара, соврал, чтобы эльфы позволили ей жить в безопасности. И Софи была с ним милой и приветливой. От души, хоть иногда ей тоже было немного стыдно, что она так просто позабыла прошлое.

Отправившись на очередное собрание, Джон убедил эльфов убрать блоки. Софи видела, чего ему это стоило, по тому, как он рухнул на постель, когда вернулся поздно вечером.

— Хален назвал меня поборником людской воли, — пробормотал Линар.

— Завтра мы деремся с ним на рассвете.

Софи подавилась чаем, который пила прямо в постели, почитывая книгу — удовольствие, которого она была лишена так долго. Дом, книга, душистый ароматный чай. Так мало и так много.

— Что?! Ты будешь драться?

— Конечно буду. У меня же теперь нет Синая, что наводил ужас на любого, кто вздумал бы бросить мне оскорбление.

— Джон, это же идиотизм! Вы и так в меньшинстве, а ссоритесь между собой.

— Да, ты полностью права... и-идиотизм, — с трудом выговорил он слово.