Поздние розы

Легкие духи с горячим летним ароматом, как последний штрих. Теперь она выглядела свежо и даже жизнерадостно, собственно, и настроение у женщины было соответствующее.

Лена посмотрела на часы, без трех минут два. Опустилась на диван и стала смотреть на дверь.

- Ждешь его? – спросила у себя. - Хочешь видеть?

- Может быть, - ответила себе уклончиво.

Но ждала, совершенно определенно.

Звонок раздался ровно в два.

***

Он подъехал еще в половине второго. Сидел в машине, заставляя себя сдерживаться. И нервничал как мальчишка. Без пяти минут два вышел из машины, поднялся в подъезд и оставшиеся три минуты стоял под дверью. Как только часы показали ровно два, поднял руку и нажал кнопку звонка.

Звук показался неожиданно резким в тишине, выстрелом прозвучал щелчок поворачивающегося замка. Сердце забилось как бешеное, а потом замерло, мгновенно заливая холодом от корней волос до кончиков пальцев.

Но дверь открылась, женщина, появившаяся на пороге, произнесла:

- Добрый день, - и чуть улыбнулась.

Отвечал на автопилоте, вбирая глазами образ, наверное, улыбался в ответ, наверное, выглядел глупо. Заставил себя собраться и спросил так спокойно, как мог:

- Вы готовы?

Женщина быстро оглядела себя и бодро кивнула.

- Тогда пойдемте обедать?

- Пойдемте, Константин Олегович, - и вышла к нему на площадку.

Пока она закрывала квартиру, позвякивая ключами, стоял за спиной с тяжело бьющимся сердцем и чувствовал себя хищником, к которому доверчиво подошла добыча. Но хищник волновался, потому что ни в коем случае нельзя спугнуть ее, пусть подойдет поближе, пусть подойдет сама...

А затем они спустились к машине. Белецкий посадил ее, сел сам, проверил ремни безопасности и повел аккуратно, медленно, чтобы ей было комфортно. Вел молча, ощущая ее близость оголенными нервами, чувствуя себя рядом с ней неуверенным, взволнованным мальчишкой, трясущимся идиотом. Счастливым идиотом.

Женщина очень сильно на него действовала, он так не трясся, даже когда отбивался вдвоем с Санькой от половины банды С... В той драке Санька погиб, а у него остался большой кривой шрам на лбу и еще несколько на теле. Да и потом не раз приходилось смотреть смерти в лицо. Но почему-то в те разы он чувствовал себя спокойнее, чем сейчас, просто находясь с ней рядом.

Что за странная у нее над ним власть? Странная, страшная... Он не хотел об этом думать. Чтобы отвлечься спросил:

- Елена Сергеевна, почему в вашем доме нет домофона?

- Что? – не сразу поняла она, - А, домофона? Даже не знаю, наверное, никто не озаботился.

- Надо поставить, - твердо произнес Белецкий.

Елена посмотрела на него немного удивленно:

- Возможно, но этим должны заниматься хозяева квартиры...

Он не дал ей договорить, негромко, но твердо произнес:

- Я займусь этим.

- Вы? - она удивленно подняла брови.