Поздние розы

Елену покоробила эта фамильярность.

- До свидания, Федор. Передавай привет матери и сестре.

- Вообще-то, ты могла бы это сделать сама. Но... Не смею задерживать, - Федор отвесил шутовской поклон.

Молодая женщина стремительно вышла на улицу из подъезда и остановилась. Ей просто необходимо было немного отдышаться после общения с братцем. Он смотрел на нее из окна. Хороша. То, что надо.

Как говорится, сам бы ел, да денег жалко.

***

Лена с удовольствием не приходила бы в этот дом вовсе, она давно уже съехала на съемную квартиру. Но появляться там приходилось, бумаги-то оформлены на нее. Такова была воля покойного отца.

По дороге к себе домой она все думала о том дне, когда впервые об этом узнала.

Обычный мартовский понедельник. Пары закончились поздно, щебечущая стайка девушек выскользнула из больших дверей родного института. Они остановились еще чуть-чуть потрещать, как будто не наговорились за день. Потом все-таки разошлись. Ранней весной темнеет рано, день хоть и прибавился, а все равно, в шесть уже начинает смеркаться. Попрощавшись с подружками, Елена Маслова вошла в подъехавший троллейбус и через сорок минут езды, проехав почти полгорода, наконец-то была дома.

Дома непривычно тихо, это настораживало. Впрочем, после смерти матери, дома все время было не так, и это всегда расстраивало до слез, а в последнее время еще и настораживало. Особенно с тех пор, как отец женился во второй раз.

- Ленок, зайди ко мне, - папа высунулся из-за двери кабинета и поманил ее пальцем, чтобы не говорить громко, потому что мачеха, Мария Ивановна шума не переносила.

- Хорошо, папа, - ответила Лена тоже шепотом.

Такое ощущение, что Мария Ивановна все, что с ним связано, плохо переносила. Кроме денег. А еще она с трудом переносила ее, свою падчерицу. Наверное, у отца для нее есть что-то хорошее, иначе не стал бы так скрытничать. Когда Лена вошла в кабинет, отец опасливо высунулся в коридор, огляделся и запер дверь на ключ.

- Что-то случилось? – эти меры предосторожности показались ей странными.

- Ничего... Ничего, моя девочка... - а у самого глаза печальные.

Отец сделал над собой усилие и улыбнулся."

"- Ладно, довольно время на глупости тратить. Дочка, я на тебя дарственную написал...

- Какую дарственную? Зачем?! – встрепенулась Лена.

- Тсссс! Тише, - зашикал отец, протягивая руку. - Тише, дочь. А то услышат.

- Папа... – у девушки слезы на глаза навернулись, - что случилось, к чему такая таинственность?

- Дочка... – он опустил голову, смешавшись, - ты не понимаешь...

Все она прекрасно понимала. Все.

- В общем, девочка моя, я написал на тебя дарственную. Тебе перейдут картины, столовое серебро и наиболее ценные книги из библиотеки.

Отец был серьезен, он говорил негромким тоном, но очень убежденно, а главное, вид у него был такой, словно... он прощался.