Поздние розы

– Хочу услышать правду.

Он потер переносицу, потер лоб, опустив голову, потом выдавил:

- Какую правду?

Марина хотела бы спросить очень о многом, но почему спросила именно о том, что старалась подавить в себе всеми силами:

- Ты ее любишь?

Услышав этот вопрос, он резко вскинул на жену взгляд. Марина казалась больной. Осунувшаяся, под глазами круги, губы нервно сжаты, а в глазах лихорадочный блеск. Ему вдруг стало тревожно за нее:

- Марина, ты нездорова?"

"Она болезненно поморщилась, понимая, что он пытается ее отвлечь.

- Ответь, - прошептала упрямо.

Ответить на этот вопрос было не так-то просто. Сергей смотрел на жену, пытаясь понять себя.

- Нет, - ответил не сразу, но твердо.

- Но, - Марина развела руками, качая головой. – Что же это тогда, если не любовь? Ты же сам не свой из-за этой женщины...

- Нет, - повторил Сергей.

Марина всплеснула руками и заходила по комнате. Вид у нее был тоскливый и какой-то обреченный. Ему тоже было тоскливо от всего, в том числе от собственного поведения и того положения, в котором они оказались. Захотелось просто по человечески выговориться. Он устал от самого себя.

- Хорошо. Хорошо, – Сергей прошел в глубь комнаты к мягкому уголку, сел и откинулся на спинку, запрокинув голову. – Садись, Марина, не мельтеши. Прошу...

Если бы он цедил слова в своей обычной пренебрежительной манере, она бы просто плюнула на все и ушла к себе. А может, уехала бы к родителям. Но он просил. Марина присела напротив.

- Я не люблю ее, - тихо проговорил Сергей, прикрыв глаза. – Это чувство вины.

- Я не понимаю, - не верилось ей в его слова, совершенно не верилось.

- Несколько лет назад, - продолжал он. - Мы встречались. Недолго, два с половиной месяца, может немного больше. Я ее бросил.

- Почему? – резко спросила Марина. – Впрочем, не надо не отвечай, меня это не удивляет.

- Что тебя не удивляет, Марина? Что? – негромко проговорил он. – Что я самовлюбленный, жестокий, черствый пользователь? Да? Ты права. Я именно такой. Но дело не в этом.

- А в чем тогда?

- В чем? – Сергей горько рассмеялся. – Дело в том, что у меня тоже может быть совесть. Оказывается.

Он резко выпрямился. Его взгляд был странным, что за чувства в нем горели, Марина не могла понять.

- Когда я ее увидел там, у отца, у меня был шок. Понимаешь?! Я будто призрака встретил. А потом... Не знаю. Разозлился как черт! Не могу отрицать, еще и ревность. Не знаю, что на меня нашло. Не знаю! Я был не в себе. Впрочем, кому, как не тебе, об этом знать...

Да... кому, как не ей...

Марина покраснела, ее бросило в жар от воспоминаний. Сергей тоже осекся, переживая снова отголоски того безумия. Несколько секунд молчали оба, потом он все-таки сказал:

- Я не люблю ее.

- Тогда о чем ты с ней говорил сегодня? Когда ушел туда... – через силу проговорила она вслух, то, что мучило ее.

- Я хотел извиниться.