Позднее раскаяние

- О, Господи! Этого не может быть!, - скорбно выдохнула она, кивая головой из стороны в сторону, словно увидела привидение.

- Вылитая Анна - Мария! Если бы я тебя встретила на улице, то решила бы, что сошла с ума.

И у неё слёзы навернулись на глаза, она стала вытирать их тыльной стороной ладони, словно в глаз попала соринка.

- Ну почему тогда их вместе не положили в наш беби...

- Тшшш, - шикнул на неё Роман Русланович и приложил вертикально указательный палец к губам, не дав ей до конца договорить.

- Она ещё ничего не знает, - прошептал ей тихо на ухо.

Но я всё равно услышала его слова и всё поняла. Значит и меня положили в мамин беби - бокс.

А почему и кто это сделал никто не знает, кроме родной матери.

Тётя Оксана пристально рассматривала меня, на её лице менялись эмоции от скорби до радости.

Она подошла ко мне и крепко обняла, поцеловав в щёку.

- Марианночка! Спасибо огромное! Тебя наш Ангел - хранитель к нам прислал. Это такое счастье! Сегодня дети могли остаться круглыми сиротами, но ты спасла их родителей. У меня просто нет слов, чтобы выразить тебе мою признательность и благодарность.

И она снова крепко обняла меня за плечи, прижимая к себе .

- Теперь мы твои должники, дочка!, - с благодарностью произнёс Роман Русланович.

- Нет - нет, никаких должников, мне в радость помогать людям! Тем более, что вы наши родственники, - любезно ответила им."

"- Как вы себя чувствуете?, - обратилась я к Анне Юрьевне.

- Всё хорошо, детка! Спасибо тебе огромное, - радостно ответила она.

- Тогда я схожу к родителям, - повернулась и пошла к двери.

В это время позвонил охранник и сообщил, что подъехала машина скорой помощи.

- Впусти, - резко ответил Роман Русланович и пошёл встречать бригаду скорой помощи, бормоча под нос:

- Тысячу раз можно умереть, пока их дождёшься.

Я вошла в комнату к родителям, они испуганно посмотрели на меня. Обстановка между ними была напряжённая, казалось даже воздух в комнате был пропитан напряжением до предела.

Я радостно улыбнулась и широко расставила руки для объятий.

- Милые мои, родные, любимые идите сюда. Я вас очень - преочень люблю! Мне всё равно, как я появилась у вас. Родили вы меня или взяли из беби - бокса, я вас ни на кого не променяю. Вы самые лучшие родители и мне очень с вами повезло!Не знаю, как вам.

И я скорчила хитрую рожицу, чтобы развеселить их.

Я прижимала их к себе, целовала попеременно маму и папу и чувствовала себя самой счастливой, любимой и желанной дочкой. Они шумно с облегчением выдохнули одновременно и радостно улыбнулись.

- Откуда ты знаешь?, - нерешительно спросила мама, заглядывая в глаза.

- Тебе Анна Юрьевна рассказала?... Или Оксана Юрьевна?

- Нет, не они, - отвечаю и делаю загадочную гримасу.

- А кто же тогда? Признавайся!, - допытывается папа.