Повторный брак

Может, стоит снова завести речь на эту тему? И Дэйв наконец объяснится? Глэдис решила, что постарается выслушать Дэйва непредвзято: если его оправдания покажутся ей убедительными – что ж, значит, она ему поверит.

… Внезапно размышления Глэдис были прерваны шумом в передней. Зазвучал веселый жизнерадостный голосок Ширли, ей отвечал другой, низкий, с хрипотцой голос…

Ширли привела с собой домой одного из этих мужчин!

Глэдис вылетела из кресла и вбежала на кухню – Ширли обязательно зайдет сюда и тогда выяснится, кого она пригласила. Глэдис от всего сердца надеялась, что это действительно стоящий человек. Интересно, кто из них – Кен Нивен или Роберт Флетчер? Но кем бы он ни был, Глэдис очень хотелось, чтобы из его встречи с Ширли получилось что-нибудь хорошее.

– Вот сюда! В этом кресле вам будет удобно, – щебетала Ширли, потом, после недолгого раздумья, добавила: – Я на секундочку – только сварю кофе!

Она примчалась на кухню, разрумянившаяся, сияющая от радостного возбуждения.

– Ох, Глэдис! Я встретила такого замечательного человека! – взволнованным шепотом произнесла она.

– И кто это? – тоже шепотом спросила Глэдис. – Роберт или Кен?

– Ни тот, ни другой. Шон О'Брайен. Остальные по сравнению с ним – просто мышки серые, линялые тряпки, а не мужчины. А то, что он разведен, совсем неважно. С ним все в порядке, кроме глаза.

– А что у него с глазом?

– Мне кажется, жена выцарапала. Он носит на глазу черную повязку – между прочим, это даже привлекательно. А еще он ходит с тросточкой, говорит, никогда не знаешь, сколько придется пройти.

– Наверное, его жена оказалась настоящей мегерой!

– Он утверждает: она была очень страстная. А вообще он мило о ней рассказывал. Он так заинтересовался мной, ты просто не поверишь, Глэдис! Даже пересел поближе, чтобы мы могли спокойно поговорить за ужином. Я чудесно провела время!

– Так это же прекрасно, Ширли! Я так за тебя рада! А теперь я пойду спать, не хочу вам мешать. Утром поболтаем вволю.

– Нет, сначала я вас познакомлю. Идем же! Ширли взяла Глэдис под руку и гордо ввела в комнату.

– Шон, это моя подруга, о которой я вам рассказывала, Глэдис Ньюмен.

Глэдис смотрела на человека, который медленно поднимался из кресла ей навстречу, и не верила своим глазам.

Он был высок, прекрасно сложен, хотя действительно опирался на тросточку; одет неярко, пожалуй, даже несколько консервативно – серые брюки, темно-синий пиджак, белая рубашка, галстук в красную и синюю, в тон пиджаку, полоску. Черная повязка закрывала один его глаз, второй же сиял чистой голубизной.

– Привет, Глэдис, – произнес он.

Первое потрясение уступило место острой боли.