Координата поврежденности

Он умылся и почистил зубы, на ходу надел первые попавшиеся на глаза джинсы и рубашку, и с мутной головой попытался вспомнить, где оставил пакет с подарком. Все это жутко не в его стиле! Сонный, негодующий и неряшливый – таким Мин представал впервые, собираясь кого-то поздравить. Кому это вообще нужно? Ему?

Но спустившись вниз, Мин обнаружил там лишь Нун, убирающую со стола тарелку с недоеденным куском торта.

– Он жутко спешил, даже не поел толком! Бедный мальчик, в свой день рождения вынужден бегать из одного места в другое с утра до ночи. А ты мог бы и побыстрее спуститься!

– Мне следовало сюда бежать в одних трусах? Он мог и подождать, раз уж меня разбудили. Будто я его потом не увижу.

Еще не было и восьми утра, а его уже вывели из себя. Прекрасное начало нового дня.

– Ладно-ладно. Давай положу тебе кусочек, чтобы ты прекратил хмуриться. Увидишь его в университете, там и поздравишь.

– Рано для сладкого, – отказался Мин. – Сделай мне кофе, раз уж меня подняли с постели.

Однако, невзирая на собственное недовольство, Мин все-таки взял пакет с собой на учебу. В машине он продолжал бросать на него враждебные взгляды, словно подарок оскорблял его одним своим существованием. И на очередном светофоре не выдержал и запихнул его в сумку, чтобы убрать с глаз долой.

За весь день, в течение которого он не только посетил все лекции и семинары, но и проведал с Бестом младших на факультете, Лайта он так и не увидел. Он думал встретиться с ним на обеде, но знакомая розоватая макушка не нашлась и среди голодных нетерпеливых студентов. Зато он заметил в столовой Вара и, подавив внутреннее сопротивление, окликнул того, чтобы спросить о Лайте.

– Пи’ убежал сразу после того, как мы поздравили его в музыкальном клубе, – с приторно-наглой улыбкой, вызывавшей у Мина желание прихлопнуть младшего, поведал Вар и, не дожидаясь его ответа, отошел обратно к друзьям. Мелкий засранец!

Поэтому Мин вернулся домой в еще большем раздражении и зло кинул сумку, все еще хранившую внутри гребанный подарок, на кровать.

И почему он так все усложняет? Стоило просто позвонить Лайту, ведь теперь они знали номера друг друга, однако он решил, что прежнее скверное поведение обязывало сделать все лично, и переступил через все слишком, какими бы они ни были. Но сейчас его распирала злость. В конце концов, они не настолько близки. Это все Нун со своими причитаниями! Не зря он ненавидит дни рождения и окружавшую их суматоху.

– Да? – ответил он, пытаясь скрыть удивление.

– Ты еще не спишь? – мгновенно отозвался запыхавшийся голос Лайта.

– И ты свободен сейчас?

– Меня задержали в больнице, и я опоздал на последний автобус. Теперь стою как последний лох на вокзале, – в голосе докторишки слышалась неподдельная досада.

– И ты звонишь для того, чтобы?..