Влюбленный повеса

Дэнни рассудила, что проще будет согласиться, чем вступать в долгие пререкания. Но и в комнате он не позволил ей уйти: теперь он сам не мог улечься.

Подозрения Дэнни усилились, особенно когда он неуклюже доковылял до кровати и плюхнулся на нее. И подмял под себя Дэнни. Оказалось, неподвижный Джереми дьявольски тяжел. Дэнни заерзала, попыталась сбросить его, но это был напрасный труд.

— Не вздумайте заснуть, приятель, — буркнула она. — Сначала отпустите меня, а потом…

— Лежи смирно, — со стоном предупредил он. — Кажется, меня сейчас вырвет.

Дэнни замерла. На миг она и забыла, что Джереми пьян. Теперь она опасалась самого худшего — целых пять секунд. Пока он не повернул голову так, что будто ненароком коснулся ее губ.

Дэнни отвернулась. Ей не хотелось верить, что Джереми способен хитростью заманить ее в постель, но он не оставлял ей выбора. А он уже ткнулся губами в ее шею, вызывая дрожь во всем теле, и Дэнни услышала:

— Ты же знаешь, как я тебя хочу. Скрывать это бессмысленно. Нас ждет незабываемое наслаждение, детка. Перестань отбиваться."

"Чтобы не поддаться искушению — в отчаянии, ибо от каждого слова Джереми слабела ее воля, — Дэнни повернулась к нему, собираясь дать совет, как ему поступить со своим вожделением. И опять попала в ловушку. Она сопротивлялась, по крайней мере старалась, но вдруг забыла все причины, по которым целоваться с Джереми не следовало. Она уже давно размышляла, какими могли быть эти поцелуи. Люси рассказывала, что поцелуи бывают слюнявыми, взасос, пьяными и настоящими. Последние — большая редкость, они способны вызвать плотское влечение.

Именно это сейчас с ней и происходило. И Дэнни знала почему. Ведь она целовалась с Мэлори, а к нему ее влекло, как никогда и ни к кому. Хоть он и выпил, на его поцелуях это никак не отражалось — совсем напротив. Дэнни даже задумалась, не станет ли первый ее поцелуй лучшим из всех, по сравнению с которым померкнут все остальные.

Прекратить это следовало немедленно, пока она не распробовала Джереми. Он грозил навсегда избаловать ее: Дэнни знала, что он лучший из лучших, а кому под силу соперничать с не имеющим себе равных? Но меньше всего ей в эту минуту хотелось отбиваться и протестовать. Ей просто не хватало силы воли — ею овладевали так уверенно и незаметно, что у нее вскоре возникло желание сжать Джереми в объятиях и больше никогда не отпускать.

Если он так целуется, когда пьян, то каких же высот достигает его мастерство, когда он трезв?

— Господи, какая ты сладкая!

И Дэнни думала о том же. Его губы были бархатистыми и нежными. А может, они просто удачно сочетались с ее губами, как будто были созданы друг для друга. От Джереми совсем не пахло спиртным. Вкус его губ был удивительным, неописуемым.