Повенчанные временем

– За это обычно хворостиной да по… – отозвался Жюст, выразительно посматривая мальчишке за спину. Тот хмыкнул и гордо вздернул голову.

– Там пленники были, – пояснил Курт. – Инквизиция везла.

Жюст помрачнел еще больше, а по толпе подтянувшихся повстанцев пронеслась волна недовольного шепота.

– Их бы отбить! – Анри с мольбой посмотрел на командира отряда. – Ты же знаешь, что с ними сделают!

– Знаю. А также и то, что сделают со всеми нами, если нас обнаружат. – Жюст покачал головой. – Нет, Анри, если бы не было вчерашней эскапады, мы могли бы попробовать, а так…

Он обреченно отвернулся.

– Неужели мы будем просто сидеть здесь? – возмутилась Виола.

Прежде чем Дайон успел вмешаться, она шагнула вперед и с возмущением взглянула на остальных.

– У нас нет выбора, – тяжело вздохнул Жюст. – Наверняка после вчерашнего дороги перекрыты, а стражники обыскивают всех, кто въезжает в город.

– И не только! – подтвердил мальчишка. – Они еще и на тракте кордоны выставили.

Жюст выразительно развел руками, давая понять, что ничего не может сделать.

– Но… – начал было Мэтью.

– Вот для чего была вчерашняя ловушка, – осенило Дайона.

– Что? – переспросила Виола, все еще стоявшая рядом.

В волнении она искусала себе губы в кровь. Заметив это, Дайон с трудом подавил в себе желание положить руку ей на плечо, чтобы хоть как-то ее успокоить.

– Ловушка, – процедил он, злясь на самого себя за излишнюю сентиментальность. – Лорд Маркус, а вернее Астор ле Бриенн, его правая рука, любит многоходовки. Они тщательно подготовились, опасаясь возможных стычек.

Виола отпрянула в изумлении.

– Откуда вы знаете?

– Наслышан о них, – коротко отрезал Дайон."

"Его тон заставил девушку сжать губы.

– Рада, что у вас острый слух! – процедила она и стремительно направилась к кузену.

Прибывший парнишка тем временем старался вовсю, красочно описывая свои подвиги в попытке освобождения захваченных инквизицией Одаренных. Дайон с досадой поморщился и направился в свою палатку.

Его хватило лишь на полчаса. Не в силах больше оставаться не у дел, герцог направился к Жюсту, но того не было в лагере. Не было и Мэтью. Палатку охранял совершенно незнакомый мужчина, судя по говору и манере поведения – крестьянин.

Скрипнув зубами, Дайон прошелся по лагерю. Его провожали настороженными взглядами, правда, в них уже не было недавней враждебности. Дети шумно играли у одной из палаток. Герцог заметил среди них знакомые золотистые кудряшки и невольно улыбнулся, вспомнив, как совсем недавно избавился от внимания возможной «невесты».

– Йонатан! Йонатан! – Дайон не сразу сообразил, что окликают его. Обернувшись, он столкнулся лицом к лицу с встревоженным Анри.