Повенчанные временем

Все-таки глупо было с его стороны так сильно беспокоиться о ней сейчас, учитывая, что он точно знает: Дениза пережила эту войну и вышла победительницей.

– Эй! – Жюст, основательно потрепанный, с липнущими ко лбу волосами и забрызганной кровью одежде, сверлил Дайона тяжелым взглядом. Еще двое членов отряда стояли чуть позади с оружием наготове. – Как ты выбрался на свободу?

Дайон молчал, сложив руки на груди. Рационально он отлично понимал правильность действий командира, но панибратское обращение и необходимость давать отчет кому бы то ни было выводили из себя. Даже король не позволял себе подобного тона. Отчасти – из искреннего уважения к герцогу, отчасти – опасаясь столь могущественного вассала.

– Молчишь? – Жюст тоже начинал сердиться.

– Набираюсь сил для других вопросов, более содержательных, – отозвался Дайон. – Их ведь, полагаю, будет много? Правда, не знаю, есть ли смысл отвечать, если мои слова будут игнорироваться, как прежде. Этого, – он выразительно посмотрел в сторону раненых, над которыми по-прежнему колдовала травница, – можно было избежать.

– Может быть, врезать ему хорошенько? – выступил вперед Анри, которому, похоже, очень хотелось выместить хоть на ком-нибудь горечь поражения.

– Остынь, – оборвал его Жюст, не отрывая взгляда от Дайона. – Ладно… Граф, виконт или как-вас-там… Как вы узнали о ловушке?

Герцог оценил жест командира и тоже пошел навстречу. Тем более что ответ на этот вопрос он успел обдумать.

– У Ковентеджа тоже есть своя разведка. Я недавно общался с Родриго Армистедом. Если бы Дайона л’Эстре планировали вывозить из замка, Армистед наверняка бы об этом знал. А спонтанно такие решения никто не принимает.

– Это могли хранить в секрете.

Дайон покачал головой:

– Подготовка была бы заметна: усиленные посты, охрана… Нет, мальчишка слишком ценный заложник, чтобы так рисковать.

– Да врет он все! – вмешался длинноволосый громила, которого Дайон если прежде и видел, то только мельком. – Небось специально голову нам морочил! Пока он не появился, все шло хорошо, а теперь Мэл и Кирк погибли, и их уже не вернешь.

Герцог стиснул зубы. Как ни верти, гибель этих Мэла и Кирка была на его совести – как и гибель многих других.

– Мэл и Кирк погибли, – Жюст прикрыл глаза, но говорил при этом громче и четче, чем обычно, – потому что не послушались приказа и дали волю эмоциям. – Он шумно выдохнул и поднял взгляд на блондина. – Я скорблю не меньше тебя, Гийом. Но у нас важная миссия. И для того, чтобы добиться своего, а заодно выйти из этой войны с наименьшими потерями, нам нужно думать головой. Головой, черт подери! И принимать правильные решения!

Дайон смотрел на командира отряда с возрастающим изумлением.