Повенчанные временем

Она настойчиво делала вид, будто не догадывалась, что Йонатан из лесного лагеря и правитель Левансии – одно и то же лицо, но герцог был уверен в обратном. На секунду он сделал вид, будто смотрит в сторону, и сумел перехватить ее взгляд – оценивающий и укоризненный одновременно.

– Вы странно на меня посмотрели. Быть может, хотите что-то сказать, – ухватился за эту возможность он.

– О нет, ваша светлость. Ничего особенного. Вы просто напомнили мне одного человека, с которым я была знакома когда-то давно.

– Вот как?

– Увы.

– Он был хорошим человеком?

– Отвратительным. – Виола с едкой улыбкой смотрела ему прямо в глаза.

– И чем же он был так плох?

– На него ни в чем нельзя было положиться.

– Неужели?

– Представьте себе. Безответственный эгоист, как, впрочем, многие мужчины.

– Может быть, у него были причины для поступка, который так вас разочаровал? – как бы между прочим спросил герцог, стараясь не показать, что сравнение с «многими мужчинами» его задело.

Разумеется, Виола старалась уязвить его умышленно, и все равно Дайон испытывал муки ревности, прекрасно понимая, что пропустил девять лет ее жизни.

– Вне всяких сомнений, – насмешливо откликнулась девушка и, изящно повернув голову, перенесла вес с правой ноги на левую. – У всех безответственных людей есть причины для их поступков. Но мне нет до этих причин никакого дела.

– Вы жестоки.

Он снова протянул руку, как того требовал танец. Вложив пальцы в его ладонь, Виола в такт музыке обошла кругом своего партнера и снова вежливо улыбнулась.

– Но… Может быть, вы запомнили о нем хоть что-нибудь хорошее? – решил подойти с другой стороны Дайон.

Заложил левую руку за спину, сделал шаг вперед, затем шаг назад, не выпуская пальцев партнерши.

– Да, безусловно! – заверила девушка. – Он очень забавно брился. Ох, простите, ваша светлость! Наверное, это было вульгарное замечание. Впрочем, чего ждать от нас, женщин Смутного времени?

В этот момент музыка смолкла. Оборвалась на дребезжащей ноте. Все замерли.

– Благодарю за танец, – склонил голову Дайон, понимая, что дальнейший разговор сейчас невозможен.

– Это была большая честь, – присела в реверансе Виола.

Показалось или она выдохнула с облегчением?

Герцог собирался проводить ее к родственникам, но девушка ретировалась прежде, чем предполагали правила этикета, и мгновенно затерялась в толпе ярко наряженных гостей."

"Музыка вновь зазвучала, но юные девушки и их сопровождающие обрадовались напрасно: Дайон л’Эстре не стал никого приглашать на танец. Вместо этого махнул рукой ближайшему лакею и приказал немедленно вызвать к нему Ферранта. А сам отошел к колонне, все еще выискивая глазами Виолу. Кто-то из знакомых хотел его окликнуть, но, встретившись взглядом, предпочел ретироваться.