В огне повенчанные

Славный был генерал. Погиб так нелепо. Почти на самой передовой в святки устроил для солдат маскарад ряженых, а когда возвращался с гостями с праздника – попал под артобстрел и был убит первым же снарядом. – Полковник повертел в руках исписанный листок из ученической тетради, свернул его вдвое, потом вчетверо. – Значит, объяснение с лейтенантом у вас состоялось?

– Наговорились, как меду напились.

– И до чего же договорились? – Полковник бросил взгляд в сторону лейтенанта, привалившегося плечом к стене.

Лицо Богрова посуровело, брови надломились.

– Я бы посоветовал лейтенанту не ловить блох там, где они не прыгают. – Ответ Богрова прозвучал резко. – Не по адресу молодая прыть была направлена.

Полковник зажег спичку и поднес к ней вчетверо сложенный листок. Горел он медленно. Когда пламя уже подходило к пальцам, он поднес к нему белый тонкий лист, на котором красивым, каллиграфическим почерком лейтенанта были записаны ответы Богрова.

На неструганых досках стола лежал еще не рассыпавшийся пепел сгоревших листов. Полковник смахнул его на земляной пол и растер сапогом. Потом вскинул седую голову:

– Николай Егорович, лейтенант Сальников приносит вам свои извинения. – Слова эти словно встряхнули Сальникова. Отшатнувшись от стенки, он встал по стойке «смирно». – Молодо-зелено… Но ничего, война обкатает… С сегодняшнего дня он будет ловить блох там, где они прыгают. А они прыгают… Прыгают на парашютах в красноармейской форме, с автоматами и с динамитом для взрыва мостов и железнодорожного полотна. Вчера наши ополченцы в болоте у деревни Епифановки поймали тридцать четыре блохи. – Полковник строго посмотрел на лейтенанта. – Теперь вам ясна ваша задача?

– Ясна, товарищ полковник!

Полковник встал и крепко пожал руку Богрову, который легко поднялся с чурбака.

– Вам, Николай Егорович, желаю успехов в боевых делах. А до них, до боев, остались, может быть, считанные часы.

– Спасибо, товарищ полковник. – Голос Богрова дрогнул: за два часа пребывания в штабе он сильно перенервничал, в голову лезла всякая чертовщина. – Позвольте узнать, с кем имел честь разговаривать?

– Начальник особого отдела армии полковник Жмыхов.

Богров слегка поклонился и вышел из отсека блиндажа.

После тяжких дней и ночей блуждания по Леоновскому и Мутищенскому лесам, что находятся на смоленской земле, старые представления о лесах показались Григорию настолько приблизительными и туманными, что порою, оставшись наедине с собственными мыслями, он терялся от невообразимости масштабов, когда пытался зримо представить – что же такое дальневосточная или сибирская тайга…

Никогда в жизни Григорий не видел столько грибов и ягод.