Повенчанные грозой

– Говори ты первый, попросила она, коснувшись губами его шеи в тот момент, когда он на какой-то миг крепко сжал ее в своих объятиях.

– Ну, хорошо. Только сказать то, что мне хочется выразить – нелегко. А мне хотелось бы сделать это сейчас, пока мы с тобой чуть-чуть не в себе.

– Такого может никогда и не быть. Андреа устроилась поудобнее, так, что ее колени коснулись его бедер, а кончики пальцев – его груди.

– Я всего лишь хочу, чтобы ты знала, что я впервые в жизни чувствую себя счастливым. Если в будущем со мной такое больше никогда не случится, я буду знать, что это было истинное счастье. И это все благодаря Баку, Отису, Аркадии с ее чудаковатыми, душевными людьми. Но главным образом благодаря шефу полиции Андреа Флеминг. Благодаря тебе. Спасибо, милая.

Сэм увидел, как в ее глазах блеснули слезы. Он знал, что удивил ее и что ей неведомо, как выразить словами переполняющие ее чувства. Сам же он испытывал огромную радость, смешанную с невыразимой болью. Потому что он только сейчас понял, насколько одинока была его жизнь, и как отчаянно он желал, чтобы в нее вошла женщина, которую он сейчас держал в своих объятиях. Кроме того, он очень боялся, что вспугнет ее и этот чудный сон растает."

"– Сэм, ты уверен, что мы не можем заниматься этим на качелях?

Ей больше ни за что не хотелось шевелиться и думать о будущем, когда этот мужчина уйдет и все это превратиться лишь в воспоминание. Она знала, что у него были причины скрывать темные стороны своей души, но ей отчаянно хотелось высветить их.

Когда он прильнул к ее губам долгим поцелуем, она не стала противиться тем чувствам, которые его язык заставил ее испытать. Сэм неторопливо исследовал каждый уголок ее рта, губ, лица, шеи, закрывая ей глаза воздушными, легкими, как перышко, поцелуями. Он не спешил и явно не хотел, чтобы она отвечала ему бурными ласками.

Мужчина еще ближе прижался к ней, и его набухшая от возбуждения мужская плоть снова разбудила в ней дремавшую до сего страсть. Его пальцы, скользнувшие Андреа под рубашку, нежно ласкали ее грудь и оставляли жгущие яростным огнем следы на ее животе и чуть ниже пояса, там, куда могла дотянуться его рука. Издав негромкий сдавленный стон, Андреа бесстыдно выгнула спину, плотно прижалась к нему и крепко обхватила его руками. Она вздрогнула и сделала усилие воспротивиться приливу желания, которое жаждало выхода.

Когда же она, наконец, высвободилась, они оба прерывисто дышали, и ей удалось разглядеть на его лице печать горя, от которого лоб Сэма собрался складками. То, что сейчас происходило с Андреа, было вовсе не тем, чего она ожидала. Ее охватило желание, это верно, но за ним крылось и нечто большее.

Потом Сэм встал и, подняв ее на руки, понес в дом. Входная дверь захлопнулась за ними.

– Скажи мне, что хочешь меня, Андреа.