Повелительница пустыни

Он оценит твою красоту по достоинству. Тебе будут доступны лучшие шелка, лучшие яства и самые изысканные украшения.

Его пальцы, унизанные перстнями, коснулись моей щеки. Я отшатнулась.

Его улыбка померкла, уступив место выражению легкого раздражения.

— Не стоит быть такой пугливой, — прошипел он, — запомни: покорность — твой лучший союзник. Сейчас я прикажу принести тебе благовония и лучшие наряды. И до появления господина я научу тебя некоторым азам обольщения, которые помогут расслабиться тебе и принести удовольствие господину.

Он повелительным жестом призвал мужчину и девушку. Те, склонившись в низком поклоне, замерли в ожидании, словно тени, пока его милостивое соизволение не позволит им приступить к предназначенному уроку.

Я опустилась в кресло, будто подкошенная, и ощущение нереальности происходящего сдавило грудь.

Казалось, я попала на съемочную площадку фильма с пикантным сюжетом или в обитель безумия, где все границы приличий стерты начисто.

Я, конечно, не ханжа, и много раз видела постельные сцены, но там был просмотр в одиночестве, а здесь…, прилюдно…, и с комментариями….

Евнух, стоявший поодаль, наблюдал за происходящим с непроницаемым выражением лица, подсказывал и поправлял их.

В голове проносились обрывки мыслей. Где я? Что здесь происходит? Это сон? Или я сошла с ума?

Чувство нереальности происходящего только усиливалось, и я чувствовала, как мой разум постепенно отключается, не в силах воспринимать все это.

В общем, моё ледяное спокойствие дало трещину….

Холодный и пронзительный взгляд евнуха скользил по моему лицу и считывал мои эмоции, которые отражали мое отношение ко всему происходящему.

Я почувствовала, как по телу пробежала дрожь, когда наши взгляды встретились.

В его глазах не было никого сочувствия или понимания: как невинная девушка должна смотреть на всё это непотребство.

Во рту образовалась сушь, и я, словно путник, измученный жаждой, одним глотком осушила стакан.

Лицо горело багровым пламенем, объятое негодованием и бессилием.

— Ты все запомнила? Или повторить? — прозвучал голос, обжигающий холодом, как лезвие клинка.

От былой лучезарности не осталось и следа. На меня смотрел человек, способный заставить не просто смотреть, а заворожено вглядываться в каждую деталь, в каждый изгиб греховного танца.

А если я откажусь…, то он заставит. У меня не было сил говорить, и я просто кивнула в знак согласия.

— Запомнила, — прокаркала я сухим голосом.

Он окинул меня сомневающимся взглядом и удалился, всё так же перетекая из шага в шаг.

Как ни крути, а этот пикантный урок зажег желание и во мне. Словно одержимая, я поспешила в купальню и с упоением погрузилась в прохладную глубину бассейна.